Владимир Куковенко

Владимир Куковенко

Вторник, 28 марта 2017 13:30

Памятник можайским боярам

В 1380 году в Куликовском сражении пало шестьдесят можайских бояр.  Много ли это, или мало? Как следует расценивать эти потери?

 В "Слове о великом князе Дмитрии Ивановиче и о брате его князе Владимире Андреевиче, как победили супостата своего царя Мамая"" о русских потерях говорится следующее:

 "Страшно и горестно, братья, было в то время смотреть: лежат трупы христианские, словно сенные стога, у Дона великого на берегу, а Дон-река три дня кровью текла. И сказал князь великий Дмитрий Иванович: «Сосчитайтесь, братья, скольких у нас воевод нет и скольких молодых людей недостает?»

Тогда отвечает Михаил Александрович, московский боярин, князю Дмитрию Ивановичу: «Господин князь великий Дмитрий Иванович! Нет, государь, у нас сорока бояр московских, двенадцати князей белозерских, тридцати новгородских посадников, двадцати бояр коломенских, сорока бояр серпуховских, тридцати панов литовских, двадцати бояр переяславских, двадцати пяти бояр костромских, тридцати пяти бояр владимирских, пятидесяти бояр суздальских, сорока бояр муромских, семидесяти бояр разянских, тридцати четырех бояр ростовских, двадцати трех бояр дмитровских, шестидесяти бояр можайских, тридцати бояр звенигородских, пятнадцати бояр угличских. А посечено безбожным Мамаем двести пятьдесят три тысячи. И помиловал Бог Русскую землю, а татар пало бесчисленное множество».

Самое большое количество погибших бояр приходится на Рязанское княжество -70 человек. Вслед за Рязанью следует Можайск - 60 человек. Потом Суздаль, Муром, Серпухов.

Если верить этому списку, то в битве погибло  князей, бояр и посадников (т.е. высокопоставленных воевод и профессиональных воинов) 574 человека.

Боярами в то время на Руси называли людей, служивших своему князю в качестве воинов-профессионалов. То есть, это были конные воины, или, как их называли в Европе- рыцари. Несколько столетий спустя это военное и служивое сословие стали именовать дворянами.

   Каждый боярин, в соответствии со своим имущественным положением, имел при себе от нескольких человек до нескольких сотен простых воинов. Всего в Куликовской битве, если верить автору "Слова",  погибло с русской стороны 253 тысячи человек.

Практически все историки критически относятся к   летописным и  художественным известиям о Мамаевом побоище, и считают, что русские войска насчитывали не более 100 или даже 50 тысяч. Некоторые считают, что и эта цифра сильно завышена и что русских было около 20, а то и всего 10 тысяч. Соответственно, меняются и цифры потерь. Следовательно, реальные потери можайского полка в Куликовской битве следует оценивать не более, чем  в 1-3 тысячи. Но учитывая тогдашнюю малолюдность края, эти потери были весьма значительны. По-существу, Можайская волость лишилась в один день не только всех своих взрослых дворян мужского пола, но и большей части своего взрослого мужского населения. Несомненно, такие потери были страшной трагедией для всей можайской земли

Учитывая значимость этой битвы для всей последующей русской истории, следовало бы почтить память наших далеких земляков и поставить им памятник в Можайске.Напомню читателям, что в соседней Рузе широко обсуждается идея возведения памятника Ивану Грозному. Как считает рузская администрация, возведение памятника будет не только культурно-исторической акцией, но и повысит туристическую привлекательность города. 

 В Кракове возведен замечательный монумент к 500-летней годовщине Грюнвальдской битвы. Трудно даже в мечтах представить, что подобное величественное сооружение появится в Можайске, но как образец польский памятник мог бы быть полезным при составлении эскизов будущего памятника воинам-можайцам, погибшим в 1380 году.

 http://static8.depositphotos.com/1000605/1069/i/950/depositphotos_10692887-stock-photo-battle-of-grunwald-monument-in.jpg

 

 

 

Можайское Историческое Общество поддерживает инициативу Михаила Ивановича Дьячкова по восстановлению памятника царю Освободителю в Клементьеве и предлагает свой фото-эскиз будущего мемориального комплекса, который будет  возведен  именно на том месте, где некогда стоял памятник.

Кроме пямятника Александру II, в комплекс  решено включить памятный знак майору  Пренделю, который со своим партизанским отрядом в 1812 г. дал бой французам в окрестностях Клементьва, и памятный знак жителям Клементьева, принявших участие в Великой Отечественной Войне 1941-1945 гг.

http://img-fotki.yandex.ru/get/6505/97964948.30/0_94def_bc8a1631_XL.jpg

 

Александр II

 

 

Таким нам видится мемориальный комплекс в селе Клементьеве/

 

Постамент  под бюст императора будет высотой около трех метров:

сохранившаяся нижняя часть (1.5 м) стоит на прежнем месте;

верхняя часть (1.4 м) хранится в селе Клементьеве.

Бюст будет иметь высоту около 0.5-0.7 м.

Два памятных знака (майору Пренделю и участникам ВОВ) будут высотой около  2- 2.5 м.

 

Понедельник, 20 марта 2017 07:15

Памятный знак генералу Эверту

На нашем сайте помещены два материала о генерале Эверте, который во время Первой мировой войны являлся командующим Западным фронтом русской армии. В 1918 году он был арестован Можайской ЧК в своем имении  под Вереёй, некоторое время содержался в можайской тюрьме, а потом был расстрелян при довольно странных обстоятельствах. Его, якобы, собирались этапировать в Москву, и для этого рано утром под конвоем повели  пешком до  железнодорожной станции. По пути,  на пустырях между городом и железной дорогой, он был расстрелян. Что послужило причиной расстрела - не известно. Возможно, генерал пытался бежать, или же пришло срочное распоряжение из Москвы о его  ликвидации. В 18-м году в Смоленской губернии  активизировалось повстанческое движение, и  отряды  повстанцев уже появлялись в пределах Можайского уезда.  Поэтому органы ЧК спешно устраняли тех, кто мог примкнуть к этому движению - в первую очередь известных и авторитетных генералов и офицеров царской армии. Возможно, события развивались следующим образом:  после того, как конвой с Эвертом отправился на станцию,  Можайская ЧК по телеграфу получила  распоряжение  о немедленной  ликвидации всех содержащихся под арестом  офицеров  и генералов .  Сотрудники ЧК  успели догнать конвой и ликвидировали генерала.   Эверт был похоронен на Петровском кладбище, а впоследствии его прах жена перевезла в Москву.

Можайское Историческое Общество предлагает установить памятный знак или мемориальную доску этому достойному генералу на здании можайской тюрьмы или в ином подходящем месте. Было бы не лишним снять документальный фильм о жизни и последних днях  Эверта..

 

Alexey Evert.jpeg

На нашем сайте была опубликована статья "Крушение царского поезда в Борках "  на которую мы получили весьма любопытное письмо от жителя Харькова, чье имя мы пока не называем.  Это письмо в несколько сокращенном виде мы и помещаем в этом материале:

Здравствуйте!

Прочитал статью на вашем сайте и решил рассказать о своей находке.  Возможно я имею на руках оригинальные фотоснимки чертежей и инструкций,   которые могут иметь отношение к крушению царского поезда в п.Борки.  Я думаю они имеют историческую ценность,и возможно, людям будет интересно увидеть часть их.

 

Поисками с металлоискателем  я занимаюсь несколько лет. Как правило, интересные находки попадаются совсем случайно. В большей степени поиск для нас это хобби, нам интересен сам процесс , но как известно машина на воздухе не ездит и запчасти даром не раздают, поэтому большую часть находок приходится продавать. Иногда запланируешь поездку в одно место, а проезжая интересный лесок сворачиваешь в него и ищешь там.

     Не слишком ценную, но очень интересную находку я нашел в мае 2016 года. Выезжал копать с женой и моим товарищем. В тот день мы запланировали поездку именно в тот лес. Заехали в лес,   оставив машину, спустились в глубокий овраг и пошли вдоль него. Старой тропой выбрались на небольшую возвышенность. Вниз по склону метрах в трех  находился заброшенный родник. На краю этой тропы у сгнивших бревен я зацепил сигнал, снял грунт в два штыка, и лопата наткнулась на бутыль.   Когда достал ее, то на ней был серый налет. Протерев налет, увидел внутри блестящие цилиндрики и бумагу. Все это было засыпано белым порошком (подумал, что золото или другой ценный металл). Дома вскрыл бутыль, достал хорошо сохранившиеся бумаги и прочитал их - это были  инструкции, в которых  описан весь процесс изготовления взрывчатого снаряда, от изготовления корпуса до гремучей ртути и динамита, и фотографии детальных чертежей по изготовлению и сборке взрывных устройств.Инструкции и надписи на чертежах были сделаны по нормам дореволюционной орфографии - с ятями и ерами. Следовательно, этой находке не менее ста лет.  Как я понял, блестящие цилиндрики, находящиеся в бутыли, были стеклянными детонаторами с гремучей ртутью. Я тут же вывез их в лес и закопал, оставив только документы и бутыль.

Ребята на поисковых форумах сказали, что эта находка, скорее всего, имеют отношение к "Народной воле". В конце 19 века на территории Харьковской губернии вроде никаких терактов со взрывами не было, за исключением происшествия с царским поездом в 1888-м году. А как известно,  народовольцы не раз пытались покончить с царем, подкладывая бомбы на железнодорожных путях, но их попытки были неудачны.

На углах фотоснимков есть проколы,   значит их прикалывали к доске и по ним изготавливали эту адскую машину.

Лес, в котором я сделал находку, расположен недалеко от Харькова около  п.Бабаи.    Возможно, именно в Бабаях находилась мастерская народовольцев по изготовлению адских машин. Кстати, тропа, около которой сделана находка, ведет в сторону почтовой станции и ж.д.( на старой карте), то есть,  имеется транспортная развязка. Да и родник этот очень хороший ориентир. Отсюда до  станции Борки, где произошла катастрофа, около 20 км.

Несколько слов о крушении царского поезда в Борках Была версия, что бомбу в поезде заложил помощник повара, который после крушения поспешно скрылся за границу, а до этого его задерживали за участие в революционном кружке. Я считаю, что у этих чертежей есть очень большой шанс иметь отношение к крушению царского поезда. Жаль, на них нет никаких надписей, только четкий отпечаток пальца с обратной стороны.   Еще на некоторых чертежах есть надписи от руки. Если бы достать дела революционеров, в которых были бы отпечатки пальцев или образцы их почерка, то можно было бы привязать эти документы к определенному лицу. Когда я попытался выяснить, в каком архиве находятся дела народовольцев, то мне сказали, что эти дела находятся в СБУ. А официально я этим заниматься не могу, так как возникнут лишнее вопросы...Но не хочется что бы эти документы просто осели в руках одного коллекционера, ведь можно действительно раскрыть   тайну века.

 

Вид бутыли до вскрытия крышки

 

 

 

 

 

 

 

Чертежи и инструкции, скрученные в трубочки. В таком виде они хранились в бутыли  более ста лет

 

Кому могли принадлежать эти инструкции, найденные  около поселка Бабаи? На этот счет у Можайского Исторического Общества имеются две версии.

1. В 20-х числах сентября 1879 года в Харькове состоялась тайная встреча народовольцев из Москвы и Петербурга, на которой  обсуждался вопрос взрыва царского поезда.На этой встрече присутствовал и Желябов.   Места взрыва были выбраны под Одессой, Москвой и Санкт-Петербургом. Не исключено, что рассматривался вопрос и о подготовки взрыва под Харьковым. Об этом свидетельствует тот факт, что именно в Харьков были привезено три пуда динамита и земляной бур для бурения подкопа. Впоследствии бур был отправлен в Александровск, а  динамит -  в Москву, где и был произведен взрыв железнодорожного полотна, но неудачно- царь не пострадал. После этого взрыва произошел массовый арест народовольцев по многим городам империи. Вполне возможно, что эти инструкции принадлежади харьковскому отделению партии "Народной  воли" и их успели вывезти из города и закопать в отдаленном месте. Многие народовольцы были казнены, другие отправлены на вечную каторгу, и место сокрытия  инструкций было забыто.

2. В 1885 году была предпринята попытка создания Южнорусской  организации из остатков разгромленных отделений «Народной воли».   Возникновению её предшествовала деятельность харьковчанина  Б.Д.Оржиха по объединению народовольческих групп Харькова, Одессы, Ростова-на-Дону, Екатеринослава и других городов Юга России. Организация оформилась на съезде представителей народовольческих кружков в Екатеринославе (сентябрь 1885), в работе которого, кроме Оржиха, участвовали В. Г.Богораз,  Л. Я.Штенберг, А. Н. Шехтер, Ф. И. Ясевич и др. На съезде было решено объединить местные народовольческие группы в единую организацию, возобновить террористическую деятельность и издание газеты "Народная воля" и  установить связи с заграничным центром «Народной воли". В следующем году это объединение так же подверглось рагрому, но не исключено, что аресты коснулись лишь руководящих членов организации. Рядовые и менее заметные участники объединения  ушли в глубокое подполье и продолжали свою террористическую деятельность. Одним из актов уцелевшей организации мог быть взрыв царского поезда.

Отдавая дань уважения Кони и его 15-ти экспертам, проводившим расследование причин крушения, нужно сказать, что это дело не было доведено до конца и следствие не ответило на множество вопросов. Так например, даже при беглом взгляде на  снимки  вагонов царского поезда, фотографии которых были сделаны сразу же после крушения,   невольно задаешься вопросом:  почему  при крушении состава сильно пострадал всего лишь один вагон? Он буквально разорван на части, хотя остальные вагоны, пусть и сошли с рельсов, но остались целыми. Не значит ли это, что этот вагон был взорван? Но где была заложена мина - в самом вагоне, или же в полотне железной дороги? Члены царской семьи в своих письмах и воспоминаниях писали о двух сильных толчках (взрывах?) которые они ощутили при  крушении. Но, если это были взрывы, почему комиссия умолчала о воронках, которые должны были остаться после срабатывания взрывных устройств?  Значит ли это, что эксперты были далеко не профессионалами в своем деле?..  

Некоторую ясность в происшествие столетней давности могла бы внести  находка, сделанная любителем-поисковиком   из Харькова.  Редакция МИО просит всех лиц, заинтересованных в этом деле, проявить внимание к этой интересной находке и оказать возможную помощь и поддержку  человеку, который сделал ее.

 

Можайское Историческое Общество предлагает  проект туристического маршрута, описание которого мы помещаем на сайте.

Использование данного материала только с разрешения автора.

 

 

 

Поход за красотой, историей и флюоритами

Протяженность маршрута около 10 км. Но из-за трудностей его прохода время потребуется до 4-5 часов.

Маршрут начинается в пяти километрах на юго-запад от города Вереи, в селе Каменка (точка 1).Из села направляемся вдоль течения реки Ратовки, которая через километр пути значительно углубляет свое русло и течет по живописному заросшему густым лесом каньону. Высота бортов каньона достигает двадцати метров, и сложены они из известняковых отложений каменноугольного периода.

Ратовский овраг. Фото начала XX века.

Места здесь труднопроходимые –   переплетение кустарников, рухнувшие мощные деревья, густые ельники и заросли трав в рост человека. Но попадая в эти, почти таежные дебри, воочию представляешь себе, как могла выглядеть подмосковная земля несколько веков назад. Впечатление усиливается тем, что к Ратовке выходят звериные тропы –лоси, кабаны и косули спускаются сюда на водопой, оставляя многочисленные следы.

Ратовка в этом месте имеет горный режим – перекаты, небольшие водопады, покрытое галькой дно.

В Верейском краеведческом музее имеется небольшая подборка каменных топоров и тесел из коллекции   краеведа Сергея Александровича Поспелова. Эти каменные орудия найдены им на берегах Ратовки, но конкретное место находок не известно. Их относят к дьяковской культуре, но, возможно, это более ранний период – фатьяновская культура. Каменные топоры, как предполагают некоторые археологи, в хозяйственных нуждах не использовались, а являлись некими ритуальными предметами.

С.А. Поспелов

В XV-XVI вв. здесь добывали известняк для строительства Вереи и Борисова городка. До сих пор еще можно видеть места, где ломали камень.

Но не только первозданной дикой красотой знаменит Ратовский овраг – он знаменит и тем, что   является подлинным геологическим памятником.

В 1806г. в Ратовском овраге   молодой профессор Московского университета Григорий Иванович Фишер-Фон Вальдгейм обнаружил среди отложений каменноугольного периода минерал нежно-сиреневого цвета - землистую разновидность флюорита, названную по имени речки  «ратовкитом». Это разновидность плавикового шпата флюорита, минерала фтора - фтористый кальций землистого сложения, используемый широко в ряде отраслей промышленности (оптическая, химическая, металлургическая и др.) Кроме того, это удивительно красивый минерал: древние рудокопы его называли рудным цветком. Флюорит дублировал различные драгоценные камни: ТОПАЗ, РУБИН, САПФИР, АМЕТИСТ и др. Нечестные ювелиры нередко гранили эти разноцветные камушки и продавали за другие, драгоценные, а между собой называли их: фальш-рубин, фальш- изумруд, фальш- аметист. Из него изготавливали вазы и другие камнерезные изделия. В основном на это шли голубые и пурпурные полосчатые разновидности из Дербишира (Англия), названные «Блу Джон». Эти изделия украшают многие минералогические музеи мира.

Г.И. Фишер-Фон Вальдгейм (1771-1853)

В довольно большом списке названий минералов ратовкит - единственный, обязанный своим названием Подмосковью. В Московской области Ратовский овраг единственное место, где он был найден в очень незначительном количестве. Он встречается здесь в известняках в виде небольших выделений фиолетовой окраски. Находки флюоритовой минерализации кроме Ратовского оврага известны в обрывах р.Оки, вблизи р.Озеры, Серебряно-Прудском районе и др.

Так выглядят кристаллы флюорита

Через четыре километра выходим к дороге Верея-Можайск, пересекающей Ратовский овраг (точка 2). В этом месте привал и отдых. В октябре 1812 года французская армия, отступая от Малоярославца, проходила   именно этой дорогой и в этом месте переправлялась через Ратовку. 16 октября этой дорогой проследовал в Можайск Наполеон.

Желающие могут осмотреть расположенное вблизи небольшое заброшенное старообрядческое кладбище, на котором до сих пор сохранились каменные надгробия XVIII-XIX вв, в том числе и надгробия верейских купцов Ивана Егоровича Хомутинникова (1831-1901), Степана Алексеевича Глушкова,  Мартьянова - попечителей старообрядческого храма и крупных благотворителей. Фамилий с этого кладбища в Русском провинциальном некрополе (издания 1914 г.) нет. Хорошо было бы переписать эти имена и сохранить их для потомков.

От места привала маршрут продолжается далее по каньону.

При выходе из каньона Ратовка превращается в обыкновенную подмосковную речушку с заросшими кустарником и ивами берегами. Эти места из-за обилия осин облюбовали бобры и регулярно возводят здесь свои плотины, подтопляя речную пойму.

Выходим на слияние рек Ратовки и Протвы (точка 3).

Протва интересна своими живописными местами и своей историей. Некогда здесь жил таинственный народ голядь, чье происхождение теряется в веках. Этот народ оставил после себя слишком мало следов, чтобы уверенно судить о его культуре и этнических корнях.

Возможно, что голядь пришла сюда с берегов Балтийского моря, вытесненная тевтонами. Там это племя называли галиндами, и размещались они на южном побережье Балтийского моря на территории современной Польши.

Но Карамзин относил голядей к немецким племенам. Тогда их надо отождествлять с готами – объединением восточных германских племен, которые в первые века нашей эры массово двинулись из Скандинавии на юг и дошли до берегов Черного моря, создав могучее Готское государство. Римский историк готского происхождения Иордан в своем труде «Гетика» (написан в 551г.н.э.), посвященном готам, упоминает о том, что готы двигались на юг очень неторопливо.   Сменилось пять их племенных вождей (конунгов), прежде чем они дошли до берегов Черного моря . Видимо, готы надолго останавливались на одном месте, строили укрепленные поселения, занимались охотой, рыболовством и сельским хозяйством, и спустя несколько лет (а может быть, и десятков лет) оставляли эти места и вновь передвигались к югу.

В норвежской «Саге об Инглингах» говориться о том, что в древности на север от Черного моря до Балтики, и от Днестра  до Урала лежали земли Великой Швеции. Видимо, под Великой Швецией надо понимать Готское государство. Если это так, то остается только поражаться неуемной энергии готов, подчинивших своему влиянию огромную часть   европейской части континента. Поэтому предположение Карамзина о том, что голядь является одним из готских племен, не столь уж и беспочвенно – уж слишком чуждым был этот народ в славянском мире. Вполне возможно, что голядь могла быть одним из готских племен, ушедших далеко на восток и осевших по реке Протве.

Некоторые историки предполагают, что племя голядь под именем Сoldas названо в сочинении Иордана «Гетика», на что впервые обратил внимание А.Л.Погодин . Этот этноним упомянут Иорданом среди названий ряда других восточноевропейских племен без указания их географического размещения.

Голядь была окончательно покорена русскими князьями в 1147 году, и после этого в летописях уже не упоминалась.

Готский вождь. Мозаика из Большого императорского дворца в Константинополе.

Мозаика из того же императорского дворца. Возможно, это изображение еще одного гота.

Так археологи определяют область расселения голяди

В 25 км от Вереи, вверх по течению Протвы, рядом с деревней Гальчино находится интересное городище, получившие название Гальчинское. До сих пор оно, практически, не исследовано. Первые раскопки на Гальчинском городище проводились в 1998 г., но на очень незначительной площади, поэтому судить о том, кто там жил и когда – весьма затруднительно. Но, скорее всего, это одно из поселений голяди, на месте которого впоследствии было построено славянское укрепление, существовавшее до XV века. Возможно, это была одна из пограничных крепостей Московского княжества. Вызывает интерес и топоним Гальчино, который слишком нетипичен для данных мест. Не исключено, что это название принесли переселенцы из Галича – западного княжества Киевской Руси. Поселение с таким же названием есть и в Костромской области. Есть город Галич на Западной Украине. Возможно, это говорит о том, что после уничтожения голяди на этих местах поселились выходцы из западных княжеств. Возможно, пришли они сюда с галицким князем Иваном Ростиславичем, известным в нашей истории под прозвищем Берладник. Иван Ростиславич участвовал со своей дружиной в походе князя Святослава Ольговича на голядь.

После победы над голядью, Святослав Ольгович 4 апреля 1147 года встречается со своим союзником Владимирским князем Юрием Долгоруким в Москве, где они пировали и обменивались подарками.

Князь Юрий Долгорукий в Москве

Голядь жила в окружении славянского племени вятичей или в близком соседстве с ними.

Вятичская земля занимала совершенно особое место на политической карте Руси XI-XII веков. Согласно записанному в "Повести временных лет" преданию, вятичи (равно как и радимичи) пришли на свои земли откуда-то с запада, "от ляхов", - то есть иным путем, нежели остальные восточные славяне. Жившие в верхнем и среднем течении Оки и ее притоков (на территории нынешних Калужской, Брянской, Орловской, Тульской и Московской областей), вятичи позднее остальных восточнославянских племен вошли в состав Древнерусского государства и дольше сопротивлялись власти киевских и иных князей. Пожалуй, ни одно другое восточнославянское племя не причиняло столько хлопот правителям Руси.

В конце XI   века князь Владимир Мономах воевал с вятическим князем Ходотой и его сыном, но особых успехов не добился. В своем знаменитом "Поучении детям" он вспоминал о том, как две зимы подряд "в вятичи" ходил: "на Ходоту и на сына его", "и к Корьдну ходил первую зиму".

Корьдна – это, по предположению ученых, один из городов вятичей, но   точное местоположение его не известно. По мнению Б.А. Рыбакова Корьдно был главным городом вятичей и отождествляется им с селом Корно Мосальского района Калужской области. А Мосальск находится совсем близко от Вереи – всего в 120 км.

Возможно, в летописи вкралась ошибка при многочисленных переписках, и название города следует читать как   Кородня или Городня. В этом случае локализация Корьдно затруднительна, поскольку топонимов, в основе которых корень ГОР (город, городище), – в европейской части России великое множество.



Территория расселения вятичей



Вятичи в сражении

О вятичах в летописи записано следующее:

"...Радимичи, и вятичи, и север (северяне. - А. К.) один обычай имели: жили в лесу, подобно всякому зверю, ели всё нечистое и срамословили пред отцами и пред снохами; и браков у них не бывало, но игрища между селами устраивали, и сходились на игрища: на плясанье и на всякие бесовские игрища, и тут умыкали жен себе, с какой кто сговорится; имели же по две и по три жены. И если кто умирал, творили тризну над ним, и затем делали большую колоду, и клали на колоду мертвеца, и сжигали, и затем, собрав кости, клали их в небольшой сосуд и ставили на столпе на дорогах, что творят вятичи и ныне. Этого же обычая держались кривичи и прочие поганые (то есть язычники. – В.К.), не ведущие закона Божия, но сами себе творящие закон"

На севере соседями голяди были кривичи.

Через сто лет, в XIII веке, народ, обитавший в этих местах, в русских летописях стал именоваться литовцами. Можно предположить, что и голядь была родственна литовским племенам. Против подмосковных литовцев, которые вели упорную борьбу за свою самобытность и свободу, Владимирские князья предпринимали много военных походов.   В 1248 году в одном из таких походов погиб в битве на Протве князь Михаил Храбрый, младший брат Александра Невского.

Михаил Ярославич Храбрый 1229-1248.

Окончательно сопротивление литовцев было сломлено лишь в XIV-XV веках. Но следы этого народа еще долго сохранялись среди местных жителей. В середине XIX века Владимир Даль отмечал разительные отличия в языке жителей Можайского, Волоколамского и Рузского уездов от жителей остальных уездом Московской губернии.

Здесь же на Протве некогда располагались обширные вотчины князя Владимира Ивановича Старицкого, двоюродного брата царя Ивана Грозного. Старицкому принадлежали   Верея и Вышгород, в котором находился двор   князя. Царь Иван Грозный часто наведывался в Вышгород и охотился здесь.

Ивану IY настолько нравился Вышгород с окрестностями, что он будто бы выменял этот город у своего двоюродного брата на дворцовый город Дмитров,

Спустя несколько лет, Грозный, подозревая, что бояре хотят поставить царем Владимира, повелел умертвить своего брата и его детей.

Владимир Старицкий

Потом эти земли перешли боярину, а впоследствии и царю, Борису Годунову. Некоторые историки утверждают, что Годунов хотел перенести столицу Московского государства на Протву. Привлекали его эти места не только своей живописностью, но и тем, что здесь было много известняка – основного строительного камня того времени.

Царь Борис Годунов

В 1751 г. эти земли, получившие название дворцовой Вышегородской волости Верейского уезда, по Указу императрицы Елизаветы Петровны были пожалованы за верную службу в вечное и потомственное владение графу Александру Ивановичу Шувалову — главе Тайной канцелярии Российской Империи.

Граф Александр Иванович Шувалов 1710-1771.

О происхождении названия реки Протвы

Ученые выдвинули две основные версии происхождения названия реки: славянскую и балтскую. Но, скорее всего, название реке дали угро-финские племена, жившие здесь еще до прихода славян и балтов. В русских летописях река упоминается довольно поздно – первый раз в записи за 1147 год. Тогда ее название звучало как ПОРОТВА. По-мордовски, парат-ава значит хорошая девушка, добрая. Это говорит о том, что угро-финские племена, проживавшие в этих местах, говорили на мордовском языке.

Достаточно ознакомиться с названиями притоков Протвы, чтобы даже на слух почувствовать, что они имеют не славянское и не балтское звучание:

Притоки (км от устья)

18 км: река Боровна (лв)

24 км: река Роженка (лв)

43 км: река Ича (пр)

46 км: река Аложа (лв)

66 км: река Угодка (лв)

72 км: река Дырочная (лв)

82 км: река Лужа (пр)

119 км: река Истерьма (лв)

130 км: река Боринка (лв)

137 км: река Исьма (лв)

151 км: река Межиха (пр)

154 км: река Руть (пр)

204 км: река Мжут (лв)

243 км: река Берега (пр)

244 км: река Карженка (лв)

255 км: река Песочная (пр)

266 км: река Протовка (пр)

Не исключено, что угро-финны многие из этих названий заимствовали у народов, которые проживали здесь ранее.

Далее идем 2 км вдоль Протвы до города Вереи (точка 4). В Верее осмотр достопримечательностей города: валы древней крепости, памятник герою освобождения Вереи в 1812 г. генералу С.И. Дорохову, собор и церкви   города.

В Верее после 1917 года недолгое время жил генерал Алексей Ермолаевич Эверт, командующий Западным фронтом русской армии во время Первой мировой войны. По некоторым данным, он прожил здесь до 1926 года. По другим данным, он был расстрелян или Верейской, или Можайской ЧК в 1918 году.

Кандидат исторических наук и автор большого количества книг по истории Первой мировой войны, М.В.Оськин, объединил эти две версии в своей статье, посвященной Эверту (журнал «Вопросы истории» №5 2014г.). Версия М.В. Оськина следующая: в 1918 г. Эверт был арестован ЧК в Смоленске, но потом его отпустили, и он жил в Верее, занимаясь пчеловодством, где и умер 10 мая 1926 года.

Думаю, что Эверт вряд ли дожил до 1926 года. В 1918 г. по Московской и другим губерниям России прокатилась волна восстаний против советской власти, и большевистские карательные органы стремились убрать всех, кто эти восстания мог поддерживать своим авторитетом и военными знаниями.

Чтобы иметь представление о том, какова была в то время обстановка в Верее и Можайске, приведу сводку ВЧК за ноябрь 1918 года:

Москва. 13 ноября. В Верейском у. открыт заговор белогвардейцев. Рузанская и Смольянская вол. заняты восставшими. Город охраняется Старо-Фоминским отрядом. В Берсеневскую вол. Наро-Фоминского у. направляются белогвардейцы в количестве 400 человек. Наши четыре разведчика пропали без вести. Берсеневскому волостному Совдепу приказано сдаться без боя. Больше сведений не поступало.

 Гжатск. 17 ноября. В уезде восстание кулаков. Можайск. 17 ноября. Путь у Гжатска разобран. Телеграфная и телефонная связь прерваны. К мятежникам присоединился Гжатский полк. Часть мятежников двигаются на Можайск для объединения с повстанцами Можайского у.

...Дравино. 18 ноября. Гжатск в руках белогвардейцев. Белогвар­дейская разведка разъезжает по уезду, собирает взбунтовавшихся крестьян. Больше сведений о Гжатске нет.

ИЗВЕСТИЯ Можайского Совета Крестьянских и Рабочих Депутатов

1918 г.

По постановлению Можайской Чрезвычайной Комиссии за контр-революционную деятельность раз-стреляны: доктор Сазыкин за хранение оружия; священник Тихомиров за возбуждение крестьян к выступлениям против Советов; Плохово –бывший полицейский надзиратель; Русанов – бывший земский начальник, Тихомиров и Никулин - провокаторы царской охранки, бывшие чиновники.

А.Е.Эверт 1857-1918(?)

Эверт был слишком заметной и слишком авторитетной личностью, и к нему, несомненно, обращались восставшие с предложениями возглавить вооруженное сопротивление. Поэтому ЧК и ликвидировала его. Поиски места захоронения генерала – одна из важных задач верейского краеведения.

Я склоняюсь к мысли, что Эверт был расстрелян все же в Верее. Именно в Верейском уезде находилось поместье Эвертов- село Смолино. Видимо, сюда он и приехал после отставки в 1917 году. В «Русском провинциальном некрополе» (1914 года) есть две записи об отце и матери генерала:

Эвертъ Ермолай Ивановичъ, † 14 апрѣля 1869. «Незабвенному другу и отцу отъ жены и дѣтей» (С. Смоленское Верейск. у.). *

*Сейчас это село Смолино в 15 км на восток от Вереи. До революции, как следует из приведенной записи, более распространенным был иной вариант названия этого села – Смолинское или Смоленское. Видимо, схожесть в звучании со Смоленском и породило версию, что Эверт был расстрелян в Смоленске.

Эвертъ Софiя Ивановна, р. 15 ноября 1818 † 1 апрѣля 1891, Съ зятемъ П. В. Марченко (С. Шапкино Верейск. у.).*

Жена Эверта – Надежда Игнатьевна Познанская 1867 г.р.

*Шапкино находится в 9 км восточнее Смолина, или в 25 км от Вереи.

В 1852 году Шапкино принадлежало помещикам Фришам:

Шапкино,  село 2-го стана,  

Владелец  ФришъНиколая  Матв.,  Поруч.,  

крестьян  102  души  м.  п.,  91  ж.,   1  церкоь,  23  дворов,   85  верст  от  столицы,  24  от  уездного гор.,  на  проселочной  дороге.

Источник: «Указатель селений и жителей уездов Московской губернии»

м о с к в а

Въ ТИПОГРАФІИ Вьдомост. Москов. ГОРОД. ПОЛИІЦІИ.1852.

( сейчас это село находится в Наро-фоминском районе МО)

 

 

 Марина Сергеевна Тамуленок, монахиня Колоцкого монастыря,  прислала на сайт  фотографию списка  с иконы Колоцкой Божьей Матери. Неожиданностью этого списка   (предположительно, начала XIX  века) является то, что икона названа не Колоцкой, а Можайской. К сожалению,  сведениями  о том, когда и кем был сделан этот список, Марина сергеевна не располагает. Нет объяснения и  названию иконы. Есть в этом списке и некоторые отличия от канонической иконы Колоцкой Божьей Матери. Если на первом Богоматерь изображена в окружении пророка Илии и святителя Николая, то Можайская Божья Матерь изображена только со свт. Николаем.

Эту фотографию мы и пормещаем на сайте.

 

IMAG9658

 

27 октября в помещении городской библиотеки состоялось седьмое заседание Можайского Исторического общества, которое было посвящено теме "Народ, государство, Церковь. Чем Церковь может помочь народу в настоящее тяжелое время"

 Владимир Куковенко рассказал присутствующим о том, как католическая церковь в 19 веке проявила внимание к человеку труда, и какие шаги предприняли иерархи католической церкви для облегчения положения трудящихся. Благодаря усилиям кардиналов, в ряде европейских стран были приняты властью  законодательные акты, направленные на улучшение социальной защиты народа. Особенно показателен случай, когда английский кардинал Генри  Мэннинг участвовал в работе   статечного  комитета  бастующих английских докеров и поддерживал их своим авторитетом (1889 г.). Подобные протесты, нашедшие понимание у высших церковных чинов, способствовали тому, что государство стало законодательно регулировать отношения работодателей и пролетариата.  В этих вопросах лидировала Пруссия, которая сделала очень  много для защиты прав своих трудящихся, и прусская модель устройства государства получила название "прусский социализм".  Данные начинания поддержал папа Римский Лев XIII который свой энцикликой "Rerum novarum" (1891 г) разрешил рабочим организованно отстаивать свои права. И рабочие, получив возможность мирно добиваться своих целей, отказались от радикальных  методов, к которым их призывали марксисты. Все это сняло социальную  напряженность,  и  революционные настроения в Европе стали затихать. В России такого внимания к рабочему вопросу не было, Власть долго не обращала внимание на положение трудящихся. Не вмешивалась в мирские дела и Церковь, проявив в этом поразительное равнодушие к своей пастве. Лишь в 1912 году начались реформы, которых народ так и не успел почувствовать. Началась война а вслед за ней и революция. Может ли православная Церковь в наши трудные  дни, подобно католической Церкви,  вмешаться в ситуацию и помочь народу в его борьбе за социальную справедливость?

Протоиерей церкви Иоакима и Анны,  о. Александр (Гудов), согласившийся принять участие в данном обсуждении,  вначале говорил о том, что несправедливость существовала и будет существовать всегда. Всегда будут бедные и богатые. Потом мысль его приняла другое направление и он,  как пример, привел первые христианские общины, в которых полностью отсутствовали социальные противоречия. И далее он предложил следующую модель построения справедливого общества: все сплачиваются вокруг Церкви,  и всяческие противоречия тут же устраняются сами собой. Все живут по евангельским заповедям дружно и счастливо.

На эту речь, по-существу, уклончивую и неконкретную, присутствующие на заседании женщины (а их было подавляющее большинство) разразились бурными и продолжительными аплодисментами. Видимо, они воспринимают действительность как-то иррационально  и вне всякой логики. Как тут не вспомнить Шукшина и его фразу: "Намудрил господь  что-то с женщиной. Но, с другой стороны, не творца лепил..."

На доводы о. Александра Куковенко возразил, что в дореволюционной России практически не было атеистов и все население  было воцерковленным, но это, почему-то,  не способствовало устранению социальной несправедливости. Не получится ли то же самое и в этот раз?

Чувствовалось, что о. Александр был не слишком настроен  откровенно и честно говорить на эту тему. Видимо, это не столько его личная позиция, как позиция православной Церкви, которая избегает  любой, даже самой легкой,  критики в адрес властей. Как можно понимать,  в этом и заключается  симфония Церкви и государства. о которой  многократно повторял  патриарх Кирилл.  Как и сто лет назад,  беды  народа мало кому интересны.

Хотя и были другие выступления, но этим, практически, обсуждение и закончилось.

 

,,,

 

Примечание редакции сайта

Спустя несколько дней после этого заседания о. Александр прочитал в храме проповедь, в которой упрекал обитателей Рублевки в равнодушии к нуждам своих неимущих соотечественников. Похоже, осознал о.Александр, необходимость внимания к социальным проблемам  народа и во весь голос решил заявить об этом.  Надеемся, что  наше заседание  в какой-то степени способствовало такому повороту мыслей можайского протоиерея.

Вызывает недоумение лишь одна деталь - зачем о.Александр пошел так далеко   за примерами социального неравенства? Рублевку можайцы мало знают, и это  не тот пример, который способен задеть  чью-либо душу. С таким же успехом он мог  говорить об искореенении несправедливости  среди обитатей Марса.  Эти примеры можно было бы найти и в Можайске: с одной стороны - престижные коттеджные поселки (чем не Рублевка?),  а с другой  - наши бомжи, которых мы знаем даже по именам, и которые роются на наших помойках. К ним равнодушны и местная власть, и  депутаты, и  органы социальной опеки, и наши богатеи...  Вот тут бы отцу Александру и проявить свое христианское сострадание и всех перечисленных призвать проявить внимание к можайским обездоленным. Но нет, и здесь повел себя о. Александр крайне осторожно и заговорил о какой-то далекой обезличенной Рублевке, а каком-то далеком, почти виртуальном неравенстве.  При таком сверхосторожном и, даже, откровенно боязливом отношении к социальным  проблемам, с этими проблемами не справиться.Похоже, что эти проблемы  так и останутся проблемами самого народа. Сами вляпались, сами и вылезайте!

 Понять о. Александра можно. Надо сказать, что священники  в России  и сто лет назад настороженно  воспринимали социальные идеи.   В разделе "Примечательные даты" нашего сайта помещена статья о замечательном  русском человеке - Николае Николаевиче Неплюеве, который на свои деньги и своими трудами провел уникальный эксперимент по созданию новых отношений труда и капитала. Он организовал  и финансировал Крестоводвиженское Братство, которое можно считать праобразом успешного социалистического хозяйства.

С неприязнью и презрением относились к Неплюеву   окрестные помещики. Они считали, что он занимается совершенно не дворянским делом. Помещиков еще можно понять, но трудно понять  священников близлежащих церквей,  которые  еще более осуждали Неплюева  и его Братство. Со временем их осуждение усилилось и переросло в открытое  противостояние с  этим начинанием.Так, на торжественное открытие Крестовоздвиженского Братства в 1895г., несмотря на многочисленные приглашения, не прибыл ни один из губернский чиновников и ни одно лицо, связанное с епархиальными властями.

Похоже, все повторяется.

Суббота, 09 июля 2016 06:34

Памяти Николайченко И.И.

 

Ушел из жизни известный можайский педагог и краевед Иван Иванович Николайченко

http://www.admmozhaysk.ru/uploads/foto/nikolaichenko.jpg

 

5 июля 2016 года скончался почётный гражданин Можайского муниципального района Иван Иванович Николайченко (1952—2016).

И.И. Николайченко – педагог и краевед. Учитель во втором поколении, с 1978 г. преподавал в школах Можайского района. Тридцать два   года   проработал директором средней школы в селе Борисово Можайского района – бывшем в XVI—XVII вв. крепостью Борисов городок. Награжден званием «Почетный работник общего образования РФ, медалью «В память 850-летия Москвы», знаком губернатора Московской области «Благодарю». В 2011 г. И.И. Николайченко было присвоено звание «почетный гражданин Можайского района».

Совместно с группой единомышленников десять лет назад И.И. Николайченко основал Можайское объединение краеведов. Иван Иванович был первым председателем этого объединения, но из-за драматических событий, которые произошли в его жизни, был вынужден оставить руководство. За это время он потерял двух сыновей, перенес два инсульта, но находил в себе силы работать. Уйдя на пенсию, основал Борисовский краеведческий музей, которому отдал много сил и энтузиазма. В своем   проекте, заявленном на губернаторскую премию «Наше Подмосковье» за 2016 год и размещенном на сайте правительства МО, Иван Иванович кратко писал о себе:

Образование высшее, мехмат университета в 1978 г. 40 лет работы в школе, из них 32 года директор Борисовской средней школы, Можайского района. Почетный работник общего образования РФ, Почетный гражданин Можайского муниципального района. Депутат с/п Борисовское. Ныне пенсионер. Пытаюсь создать сельский общественный историко-краеведческий музей села Борисово. Собрал убедительные доказательства о с. Борисово, как о не состоявшейся столице Русского государства. Вотчина царя Бориса Годунова (Царев Борисов городок) должна стать святым местом России! Стать особо привлекательным туристическим объектом. Здесь была возведена, по указу царя, самая высокая православная церковь, крепость и др...

Иван Иванович навсегда останется в памяти своих друзей, коллег, учеников и многих можайцев.

 

Вторник, 07 июня 2016 13:36

Александр Иванович Куковенко

Александр Иванович Куковенко  родился в 1901 году в деревне Казимирово Любавичской волости Могилевской губернии в семье зажиточного крестьянина Ивана Фомича Куковенко и Шабусовой Степаниды Никитичны.

Первым известным представителем этой линии является Нестер Леонов, родившийся в 1792 году. Его жена  Екатерина Григорьева родилась в 1799 году.

Сын Нестера,  Фома, родился в 1818 году. Его жена Ольга Александровна родилась в 1820 году.

 

Фома Нестерович Куковенко, дед Александра Ивановича

 

 Иван Фомич Куковенко – отец Александра  Ивановича. Возможно, сидит рядом с ним его сноха Мария Ивановна с дочерью Ниной

 

 Александр Иванович

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 Николай Иванович Куковенко 1898 г.р., старший брат Александра

 

 

Ярослава, я поговорил с родственниками, к сожалению даты смерти Александра Ивановича (1901 г.р.?) и фамилию его дочери Веры никто не знает. Вера Николаевна вспомнила, что родители его жены Анны погибли во время блокады Ленинграда.

   По воспоминаниям родственников, Александр Иванович учился "на инженера в Ленинградском лесном институте" и окончил его задолго до войны. Бакопытлесхоз в 1931г. был учебно-опытным леспромхозом Ленинградской лесотехнической академии

(26 ноября 1929 года вышло Постановление ВЦИК о преобразовании Ленинградского лесного института в Лесотехническую академию). В июле 1948 г. - начало строительства Горьковской лесной школы на базе Бакопытлесхоза. 30 августа 1953 г. Приказ

Министра лесного хозяйства РСФСР о реорганизации Горьковской лесной школы в Краснобаковский лесной техникум.

   Ярослава, если сообщите данные о месте работы Александра Ивановича в лесном хозяйстве или выходные данные его публикаций, я попробую что-нибудь узнать о нём через Уральский лесотехнический институт (теперь университет) или Институт леса УрО РАН - люди там работают до 90 лет, может кто-то что-то вспомнит или найдутся какие-то документы, во время ВОВ Лесотехническая академия была эвакуирована в Свердловск,

на её базе организован Свердловский лесотехнический институт.

   Рассказ Ульяны Моисеевны о Александре Ивановиче и коментарии Веры Николаевны пришлю позже.

   О Григории Ивановиче (1890 г.р.? – совпадает с г.р. Елизаветы Ивановны).

Рано выделился, имел большую семью, земли было мало - не прокормиться. Он завербовался в переселенцы на Кубань, там после Гражданской войны и эпидемии малярии было много пустующих пахотных земель, государство давало большие земельные наделы и жильё (стояли пустые выморочные деревни). Продал своё хозяйство

и уехал на Кубань. Всё это было задолго до коллективизации (весной 1929г.?). Получил всё по договору о переселении, но через год вся семья заболела малярией и они вернулись в Казимирово. Как говорила бабушка Ульяна, "бросили всё и сбежали оттуда". Были приняты в колхоз, им выделили участок под постройку дома. Построили небольшой дом

с помощью родственников (в соседней деревне жил дядя Анны, жены Григория), где и жили до войны. Его дочь Марфа умерла от малярии уже в Казимирово (1931г.?), сам Григорий так и не оправился от болезни и умер в 1938 г.?.

   Сыновья Григория Ивановича Василий и Пётр в 1955 г. жили и работали в Москве. Владимир Николаевич (мой отец) в 1955 году останавливался у них. Он нашёл работу в Москве, возвращаться после армии было некуда, дом сожгли фашисты при отступлении на глазах у него, Веры и бабушки Ульяны, они всё это видели с опушки леса, где прятались от немцев. Близкие родственники все разъехались, он не смог найти жильё и уехал, через 3 месяца, в Свердловск к матери и сестре Вере.

   Дочь Григория Ивановича Татьяна жила в Казимирово, Вера Николаевна гостила у неё

в октябре 1993 г., позже она уехала к кому-то из братьев в Москву.

   Надежда Григорьевна завербовалась на торфоразработки где-то под Смоленском, получила там жильё и вышла замуж.

   Двенадцать лет назад я находил через интернет в Москве какого-то Куковенко, он известный спортсмен-велосипедист, но имеет ли он отношение к Василию или Петру выяснить не удалось.

   О Николае Ивановиче (1898 г.р.).

Цитата: «Сделайте пожалуйста комментарии в этой моей статье . А то все как то скупо получилось . Это я все списала с дела в архиве ФСБ. Ваш отец его смотрел . Я видела .»

   Ярослава, отец приезжал в Смоленск последний раз в 1952 году, в архиве ФСБ никогда

не был, видимо произошла путанница, возможно однофамилец или родственник. Единственный раз он написал туда в 1961 году, когда бабушке прислали справку из

Смоленского областного суда о реабилитации Николая Ивановича, и получил ответ - сведения отсутствуют. Больше он туда не обращался. Ярослава, пожалуйста подскажите, как официально получить выписку из дела.

   В 1919 г. служил в РКК ... Никто из родственников и знакомых об этом никогда не слышали, расскажите откуда эти сведения.

   По воспоминаниям Веры Николаевны на момент вступления в колхоз в хозяйстве было 2 лошади (1 жеребёнок), 2 коровы, 2 свиньи, про овец она ничего не помнит. В колхоз вступали всем селом одновременно (по словам родственников), наши вместе со всеми, при этом сдали весь скот и инвентарь. Сильно переживала Степанида Никитична, Николай Иванович реагировал внешне спокойно - по рассказам Ульяны Моисеевны.

   Веялка и льномялка были сделаны дедом своими руками, он был хорошим столяром,

у него был токарный станок по дереву собственного изготовления, брат Ефрем присылал ему каталоги по которым он выписывал инструменты и приспособления. Николай Иванович сам изготавливал инвентарь и мебель, вытачивал на станке детские игрушки и предметы обихода. В 30-е годы на станок собирались назначить налог и деду пришлось его сжечь.

   Николай Иванович стал управлять хозяйством около 1920 года, до этого всем распоряжалась "бабка Иваниха" - Степанида Никитична, что было при ней и Иване Фомиче, сейчас установить сложно, но никто о наёмных работниках и батраках ничего

не слышал. В них не было необходимости, семьи были большие - рабочих рук хватало,

не хватало земли! При Николае Ивановиче никаких работников не было, хватало незамужних сестёр (бабушка Ульяна говорила: "в семье девок было доволе")

и родственники устраивали "помочи" при больших работах.

   Николай Иванович никогда не раскулачивался, к выселению не приговаривался и от него не скрывался. Его семья на несколько месяцев исключалась из колхоза общим собранием колхозников, затем были приняты обратно. На это время он устроился на работу в Смоленске на склад НКВД (по Вашим материалам), кто бы принял в эту организацию беглого судимого.

После восстановления он вернулся на работу в колхоз, где и проработал до октября

1937 г.. Первый и единственный раз он был судим в 1937 году, насколько я знаю, за "вредительство" в колхозе был повреждён инвентарь и погибли лошади (неточно).

   Мать Николая Ивановича - Степанида Никитична после ареста сына переезжает к дочери Варваре Ивановне в деревню Дубровка Руднянского района.

   В Свердловск Вера Николаевна уехала в 1950 году, вышла замуж и переехала по месту жительства мужа. В 1955 году перевезла к себе Ульяну Моисеевну, затем к ним присоединился Владимир Николаевич.

___________________________________

     Хронология.

1898 г. ~ 20 декабря родился Николай Иванович Куковенко, Руднянский р-н, дер. Изубри

            отец - Иван Фомич Куковенко из деревни Изубри, Руднянского р-на

           (умер около 1910г., приблизительно 50 лет)

            мать - Степанида Никитична Шабусова из деревни Шелково, Руднянского р-на

           (умера в середине 60-х, 92 лет)

1906 г. Пошёл учиться, закончил 6 классов школы.

1915 г. Николай Иванович взят на Первую мировую войну (есть фотография)

???? г. вернулся с войны

1922 г. женился на Валутовой Ульяне Моисеевне, 1902 г.р. дер. Шелково, Руднянский р-н;

           умерла 17 сентября 1991 г. в городе Свердловске (Екатеринбурге).

1924 г. родилась дочь Вера Николаевна

1928 г. родился сын Владимир Николаевич

1930 г. родилась дочь Валентина Николаевна

1931 г. Николай Иванович всей семьёй (мать Степанида Никитична и сестра Варвара

           Ивановна) вступают в колхоз "Пятилетка в четыре года" (Смоленская обл.,

           Руднянский р-н, дер. Казимирово), сдают весь скот и инвентарь.

1931 г. Николай Иванович направлен на курсы счетоводов (6 мес.), по окончании

           курсов направлен на работу счетоводом в соседнее село - в Казимирове нет

           вакансии. Вскоре заболел, уволился и вернулся в Казимирово, где работает

         рядовым колхозником.

1932 г. Семья Николая Ивановича исключена из колхоза. Причина (по словам Ульяны

             Моисеевны): земская деятельность деда Фомы (зем. староста) и «много земли»

             Н.И. обрабатывал свой надел, наделы братьев Ефрема Ивановича, Александра

             Ивановича (уехали учиться, а затем работали в городах, в село не вернулись) и

             надел отца - Ивана Фомича (видимо принадлежал жене Степаниде Никитичне).

             После исключения работает в г. Смоленске на каком-то складе то-ли возчиком,

             то-ли грузчиком несколько мес. (Ульяна Моисеевна ездила к нему, отвозила

             продукты - по воспоминаниям Веры Николаевны).

1932 г. Принят с семьёй обратно в колхоз "Пятилетка в четыре года", где и работает

           рядовым колхозником до 1937 года.

1937 г. Николай Иванович Куковенко репрессирован. Отбывает срок в Мурманской(?)

           области на лесоразработках.

1939-1941 г. За хорошую работу назначен бригадиром и расконвоирован, работает в

           городе Петрозаводске (приходили письма из Петрозаводска). После начала ВОВ

           переведён на поселение в Казахстан, Акмолинская область, Атбасарский район.

1941 г. Первая неделя июля - оккупация деревни Казимирово немецко-фашистскими

           войсками. Немецкий самолёт разбомбил красноармейский обоз на территории

           села, солдаты живы, ранен житель села Николай Таранов. Вся семья оказалась

           "под немцем", сначала оставались в деревне, после усиления партизанских

           действий и начала немцами угона населения на работы в Германию ушли в лес,

           где и дождались освобождения.

1943 г. 28 февраля освобождение деревни Казимирово частями Советской армии.

           Восстановлен колхоз "Пятилетка в четыре года". Ульяна Моисеевна, Вера,

           Владимир и Валентина работают в колхозе. Вера и Владимир в соседнем районе

           на лесозаготовках для нужд армии, за работу в годы ВОВ им присвоено звание

            "Труженник тыла" и медаль "За доблестный труд в Великой Отечественной войне

           1941—1945 гг." в 1993 году.

1944 г. Освобождён Николай Иванович Куковенко, пришло письмо в Казимирово.

           Домой не вернулся - тяжело заболел (пневмония), госпитализирован в Атбасарской

           горбольнице, где и умер. Последнее письмо, по его просьбе, написала медицинская

           сестра этой больницы.

1944 г. Владимир заканчивает 8-ой класс (до войны он и Вера закончили семилетку,

           Вера поступила в техникум в Гжатске, но из-за войны не окончила) и поступает

           в Смоленский техникум связи, который заканчивает в 1949 г. Валентина учится

           в школе.

1950 г. Вера Николаевна выходит замуж за Ивана Федотовича Валутова из деревни

           Дубровка Руднянского района и уезжает в Свердловск. Работает, вместе с мужем,

           на одном из свердловских заводов.

1950 г. Владимир Николаевич по окончании техникума связи направлен в г. Сталинград

           на восстановление телефонных сетей, откуда призывается в армию в 1950 г. и

           служит до конца 1954 г.

1950 г. Валентина Николаевна заканчивает десятилетку и поступает в Государственный

           сельскохозяйственный институт в г. Молодечно, окончив который, направлена

           на работу агрономом в Лиду (Западная Белоруссия).

1955 г. Ульяна Моисеевна уезжает в Свердловск и живёт в семье дочери (до 17.09.1991),

           у Веры Николаевны двое детей.

1955 г. Владимир Николаевич после демобилизации приезжает в Свердловск, первое

           время живёт у сестры. Устраивается на работту в НИИ и поступает на вечернее

           отделение Уральского политехнического института (закончил в 1961г.).

1961 г. Николай Иванович Куковенко "полностью реабилитирован за отсутствием состава

           преступления".

___________________________________

Сайт проекта «Жертвы политического террора в СССР» (версия от 14.04.2016).

         Куковенко Николай Иванович

         Родился в 1898 г., Смоленская обл., Руднянский р-н, дер. Изубрь;

         русские; б/п; к-з "Пятилетка в четыре года" Руднянского р-на, колхозник.

         Арестован 28 октября 1937 г. Руднянский РО УНКВД

         Приговорен: Тройка УНКВД Смоленской обл. 3 ноября 1937 г.,

       обв.: статья не указана.

         Приговор: 10 лет ИТЛ. Реабилитирован 12 января 1961 г. Смоленский областной суд

         Источник: Книга памяти Смоленской обл.

         http://lists.memo.ru/index11.htm

 

            

                                

                                                         1.Голядь

В русских летописях племя голядь упоминается всего два раза. Первый раз в записи за 1058 год, в которой сообщается о победе Изяслава Ярославича над голядью. Запись эта очень краткая – в ней всего три слова: «Победи Изяслав голядь» (ПСРЛ, 1962, с. 114).

Из этого летописного известия нельзя понять, где территориально размещалась голядь, к какому этносу она относилась, чем был вызван военный конфликт. Чтобы понять все это, прежде всего надо определиться с областью расселения этого племени. Историки до сих пор высказывают различные мнения относительно того, где воевал Изяслав.. Так например, В.Т. Пашуто считал, что Изяслав совершил поход к берегам Балтийского моря, где проживало прусское племя галиндов. Именно галинды, как считал Пашуто и некоторые другие  историки, и стали в русских летописях называться голядью.

Другие историки с этим не согласились. В.В.Седов по этому поводу высказал следующие сомнения: «Изяслав в эти годы находился на Смоленщине и в Северо-Западной Руси, был занят "установлением" этих земель и вряд ли оттуда мог организовать поход в далекую прусскую Галиндию».

И он сделал предположение, что Изяслав ходил походом не на север, а на восток от Киева, в область левых притоков Оки. Именно там летописи впоследствии указывают область расселения голяди.

Почти сто лет спустя после Изяслава, был совершен еще один поход против голяди. И в записи об этом походе летописец указал конкретное место обитания этого народа. Под 1147 годом сообщается, что черниговский князь Святослав Ольгович с дружиной пошел на голядь, жившую на Протве, разорил ее города и «обогатился полоном».

Предыстория этого похода такова. В 1146 году умирает великий Киевский князь Всеволод Ольгович, и на Руси начинается очередная княжеская междоусобица между Ольговичами и Мономаховичами, желавшими захватить киевский стол. Младший брат Всеволода, Святослав, изгоняется из своего Черниговского удела. Он то скрывается в городах своего княжества, то сражается, то активно ищет себе союзников среди половцев и владимиро-суздальских князей.

Летопись сообщает, что Святослав из Чернигова ушел в Козельск, потом отступил в Дедославль, а из него бежал в   Осетр Мономаховичи заняли и этот город. Но ситуация вскоре изменилась. Половцы присылают Святославу в помощь триста всадников, прислал помощь и суздальский князь Юрий Долгорукий – он отправил к Святославу своего сына Ивана с дружиной. Усилившись, Святославом вновь вернулся к Осетру и захватил его. Затем он останавливается на Оке в устье Протвы и какое-то время находится здесь Возможно, он ждал ледостава, и когда лед на реках установился, Святослав с дружиной поднимается вверх по Протве и разоряет поселения голяди.

Чем вызван этот набег – не совсем понятно.   Летописный текст не дает ответа на вопрос, почему Святослав с дружиной, вместо того, чтобы освобождать Чернигов, направляется в военный набег на Протву. Возможно, на этом настаивал Юрий Долгорукий. Он соглашался оказать военную помощь Святославу в киевских делах после успешного завершения своих пограничных споров со смоленским и новгородским княжествами.

Весной следующего 1147 года Святослав получает приглашение от Долгорукого посетить его в Москве. Встреча состоялась, князья подтверждают свой военный союз, и Святослав вновь продолжил свой поход по Протве. И лишь после того, как союзные дружины добились некоторого успеха в столкновении с противниками Юрия Долгорукого, Святослав возвращается в Черниговское княжество и изгоняет из него своих врагов. Юрий Долгорукий мирится со Смоленском и Новгородом. На этом междоусобица и заканчивается.

В Лаврентьевской летописи об этих событиях сохранилась следующая запись :

«В лето 6655.

Иде Гюрги воевать Новгорочкой волости, и пришед взя Новый Торг и Мьсту всю взя; а ко Святославу присла Юрьи повеле ему Смоленьскую волость воевати; и шед Святослав и взя люди Голядь, верх Поротве, и так ополонишася дружина Святославля. И прислал Гюрги и рече: «Приди ко мне, брате, в Москову». Святослав же еха к нему с дитятем своим Олгом, в мале дружине, пойма с собою Володямера Святославича; Олег же еха наперед к Гюргеви, и да ему пардус. И приеха по нем отець его Святослав, и тако любезно целовастася, в день пяток, на похвалу святой Богородици, и тако быша весели. На утрий же день повеле Гюрги устрояти обед силен, и створи честь велику им, и да Святославу дары многы, с любовию, и сынови его Олгови и Володимиру Святославичю, и муже Святославле учредих, и тако отпусти и».

(Перевод)

«В 1147 году.

Пошел Юрий воевать Новгородскую волость и, придя, взял Новый Торг и всю Мсту. А к Святославу послал Юрий, повелел ему воевать Смоленскую волость. И Святослав пошел и захватил голядь вверх по Протве; и дружина Святослава набрала так пленных. И прислал к нему Юрий со словами: «Приходи ко мне, брат, в Москву». Святослав поехал к нему с сыном своим Олегом и небольшою дружиною и взял с собою Владимира Святославича. А Олег поехал вперед к Юрию и подарил ему барса. Вслед за ним приехал его отец Святослав, и они сердечно встретились с поцелуями в пятницу, в день похвалы святой Богородицы, и были веселы. На другой же день Юрий повелел устроить большой пир и оказал князьям великую честь; и дал Святославу, в знак любви, много даров, и одарил сына его Олега, и Владимира Святославовича, и Святославовых мужей, и так отпустил его».

Русский историк В.Н. Татищев несколько подробнее описывает этот поход. В своем труде он использовал утраченную в московском пожаре 1812 года так называемую «Раскольничью летопись».

История Российская. Часть 2. Гл.18

«Умер Иванко Юриевич. Борис Юриевич. Глеб Юриевич. Поротва р. Любенск.

Февраля 24 в понедельник преставился Иванко Юриевич (сын Юрия Долгорукого, находился при князе Святославе Ольговиче). А наутро приехали к Дону братья его Борис и Глеб и, уведав о том, приехали к Святославу. И с великим плачем погребши тело его, возвратились в Суздаль к отцу с великою жалостию. Святослав тоже имел сие себе за великую печаль, ибо оного Ивана Юриевича из-за его добродетелей в великой любви и почтении содержал. И потом пошел в верховье Оки и стал на устье Поротвы во граде Любенске. Тут прислал к нему Юрий одного из слуг своих с письмом, уговаривая, чтоб об Иванке не печалился, обещая ему прислать другого сына. При том же прислал ему дары многие, не только ему и княгине, но и вельможам его по немало.

6655 (1147). Война Юрия на Новгород. Торжок взят. Война на смоленского. Поротва р. Голяд гр. Кучко убит. Брак Андрея I. Москва построена. Владимир Святославич. Пардус. Любенск. Сыренск.

Юрий Владимирович, злобствуя на племянников Мстиславичей, неоднократно требовал от новгородцев, чтоб, Мстиславичей выслав, взяли сына его. На что они ему оправдывались учиненною клятвою отцу их Мстиславу. За что он, озлобясь, пошел с войском на области Новгородские. И, придя, вскоре Торжок взял и по Мсте всю область их разорил. Тогда же Святославу Олеговичу велел идти разорять Смоленскую область, который, пойдя вверх по Поротве, взял град Голяд, в котором людей всех пленил. И с тем послал Юрию известить, надеясь, что он новгородцев, поскольку в смятении бывших, покорит и принудит в свою волю. Но ему сильно повредила следующая причина. Юрий хотя имел княгиню любви достойную и ее любил, но при том многих жен подданных часто навещал и с ними более, нежели с княгинею, веселился, ночи напролет на скомонях (музыка) поигрывая и пия, препровождал, чем многие вельможи его оскорблялись, а младые, последуя более своему уму, нежели благочестному старейших наставлению, в том ему советом и делом служили. Между всеми полюбовницами жена тысяцкого суздальского Кучка наиболее им владела, и он все по ее хотению делал. Когда же Юрий пошел к Торжку, Кучко, не могши ни поношения от людей терпеть, ни на оных Юрию жаловаться, ведая, что правду говорили, более же княгинею возмущен, не пошел с Юрием и отъехал в свое село, взяв жену с собою, где ее посадив в заключение, намеривался уйти к Изяславу в Киев. Юрий, уведав о том, что Кучко жену посадил в заточение, оставив войско без всякого определения, сам с великою яростию наскоро ехал с малым числом людей на реку Москву, где Кучко жил. И, придя, не допрашивая ни о чем, Кучко тотчас убил, а дочь его выдал за сына своего Андрея. Полюбив же весьма место то, заложил град и пребывал тут строя, пока брак Андреев не совершил. Для оного веселия звал к себе Святослава и с сыном его Олегом. Он же, не отказываясь, приехал и с собою привез Владимира Святославича, а Олег, сын Святослава, наперед приехал; его же Юрий одарил и дал ему барса. Потом приехал Святослав в день Похвалы пресвятой Богородицы, июля 28-го, и принят с великою любовию и честию. И совершив при них брак, с великим торжеством празднуя 5 дней, потом одарив Святослава, детей его и служителей, с великим довольством и любовию отпустил. Сам же по окончании веселия возвратился с детьми своими в Суздаль, а Святослав к Любеку, оттуда к Сыренску, оттуда перейдя Оку, остановился. Тут умер Святославов добрый старец Петр Илиин, который был при отце его Олеге и от старости не мог на коне сидеть, ибо был более 90 лет».

После разорения 1146-1147 гг. голядь навсегда исчезает из русских письменных источников.

Какие выводы можно сделать на основе этих летописных известий?

Основной вывод – голядь была довольно слабым и малолюдным племенем, обитавшим на ограниченном пространстве по реке Протве. Военный набег Святослава основательно подорвал силы этого племени, и оно, если и не было окончательно уничтожено, то остатки этого народа быстро растворились среди окружающих племен. На этом история этого этноса и закончилась

Именно такой точки зрения придерживался и Карамзин, и Соловьев, и ряд других историков XIX века. Такая же точка зрения господствует и во взглядах современных историков, и они, если и упоминают голядь в своих работах, то лишь вскользь, как незначительное явление отечественной истории.

                                 2.Область обитания голяди

В конце XIXвека подобная точка зрения на голядь, как слабый и малочисленный этнос, подверглась некоторому сомнению. Н.П.Барсов, замечательный русский исследователь и ученый, если и не опроверг этот исторический стереотип, то заставил в нем сомневаться.

В своей работе «Очерки русской исторической географии» он применил новый для того времени метод исследования, основанный на   тщательном изучении топонимов и гидроним. Именно в названиях рек и населенных пунктов зачастую сохранились следы пребывания на данной территории исчезнувших народов и племен.

В русских летописях упоминается довольно много территорий и народов,   географическое местоположение которых в настоящее время определить практически невозможно. Летописец, упоминая эти народы, исходил из того, что в его время все были хорошо осведомлены о том, где они живут. Поэтому он считал излишним делать какие-либо   дополнительные пояснения. Например, в «Слове о полку Игореве» упомянуты народы хинова и даримела, но не указаны места их расселения. Прошли века, эти народы исчезли, а вместе с ними исчезла и память о них, и историкам остается только делать предположения о том, где они географически могли размещаться.

В подобной ситуации только изучение гидронимов и топонимов позволяло дать некоторые ответы на, казалось бы, неразрешимые вопросы. Этот метод, примененный впервые в России Барсовым, оказался довольно успешным и помог   ему определить места проживания некоторых племен и народов

Не обошел Барсов вниманием и голядь. Изучив карты центральной и западной части Российской империи и отыскав гидронимы и топонимы с корнем ГОЛД или ГОЛ, он значительно расширил область предполагаемого расселения голяди:

«Из половины XII века мы имеем положительные указания, что люди Голядь жили в пределах Смоленского княжения, где-то близ р. Поротвы.

…Как следы этого народа следует заметить: сел. Голяди в западной части Дмитровского уезда, на р. Бунятке, левом притоке Яхромы; Голяди дер. в Клинском (по левую сторону шоссе и Николаевской железной дороги), р. Голяду, впадающую в Москву с левой стороны несколько ниже столицы под селом Люблиным (берет свое начало с Белого озера у Косина), и село Голяжье в Брянском уезде на р. Десне, значущееся еще в Брянских писцовых книгах начала XVII века. Нельзя не заметить также, что в области Западной Двины, Немана и Западного Буга встречается множество населенных мест и урочищ с названиями, по-видимому, близких к имени Голядей, каковые – Головск, Гольск, Голоды и т.д. Но имеют ли они какое-нибудь отношение к Голяди летописной – определить пока невозможно».

Интересные наблюдения Барсова дают нам возможность несколько расширить область расселения голяди. Не только Протва, которая единственная упоминается во многих исторических работах, как область обитания этого племени, но и Угра, и Москва-река. Если выводы Барсова верны, то большая часть современной Московской, вся Калужская и Брянская области, возможно и часть   Смоленской, в древности были заселены этим загадочным этносом. Возможно, что и Москва была основана на землях голяди. Это было сильное и многолюдное племя, долго защищавшее свою независимость, но вынужденное все же покориться славянам и впоследствии полностью ассимилированное ими.

В XX веке метод Барсова был использован филологом и академиком РАН В.Н.Топоровым, который провел большую работу по изучению топонимов и гидронимов Подмосковья. Результаты своих исследований он обобщил в ряде статей, аргументировано доказав, что территория Подмосковья в древности была заселена не славянами, а иным этносом, который он отнес к балтским племенам.  

Археолог-славист и доктор исторических наук В.В.Седов, на основе работ своих предшественников и на основе собственных научных исследований, в статье «Голядь» делает следующие выводы:

«Память о голяди в отдельных местностях её прежнего проживания сохранялась ещё в XIX в. Так, калужский краевед В.М.Кашкаров сообщает, что в Мещовском уезде Калужской губ. недалеко от дер. Чертовой имеется гора, на которой "по преданиям, в очень стародавние времена жил разбойник Голяга, по другим — Голяда. Обладал он силой непомерною, на 30 верст бросал свой топор".

В том же уезде близ деревень Свинухово и Сабельникова местные жители указывали две горы, на которых жили два брата-разбойника Голяги, перебрасывавшиеся друг с другом топором (Кашкаров, 1901, с. 12-13).

На основе топо - гидронимов, производных от этнонима голядь, исследователи очерчивают довольно широкий регион расселения этого племени - от верховьев Клязьмы на севере до верховьев Жиздры на юге и от водораздела Днепра и Волги на западе до окрестностей Москвы на востоке».

Рис.1.Территория расселения голяди, как ее представляют современные историки. По топо-гидронимическим данным эта область значительно больше и распространяется на всю Москву-реку, Угру, Жиздру и, возможно, верховья Оки.

Таким образом, территория предполагаемого расселения голяди была обширной и превосходила размеры любого крупного русского княжества той поры, предположим, такого, как Черниговское, Рязанское, Смоленское.

И здесь стоит   задаться вопросом: если голядь была сильным и многочисленным народом, жившим на обширной территории, то почему летописи упомянули о ней всего два раза? За тот же период половцы упоминаются сотни раз, поляки, венгры, литовцы – десятки раз. Постоянно упоминались в летописях и все русские княжества. А голядь за девяносто лет упомянута всего два раза! Если здесь и жил сильный народ, то он никак себя не проявлял? Или летописец его намеренно не замечал?

Похоже, мы столкнулись с неким историческим парадоксом!

Не значит ли это, что выводы Барсова и его последователей были не совсем верны? Предположим, голядь действительно жила на указанной ими территории, но не в описываемый период, а несколько ранее (за сто, за двести лет до этого). К середине XII века этот этнос был уже значительно растворен в славянском мире и практически исчез, оставив о себе память лишь в названии рек и отдельных поселений. И от некогда обширной территории расселения этого народа только на Протве остался   крошечный ареал его обитания. После похода князя Святослава и эти последние остатки голяди полностью исчезают как этнос.

                         3.Голядь и славянская экспансия

Прежде чем согласиться с этими выводами, стоит еще раз внимательно взглянуть на карту русских княжеств X- XIII вв. Первые упоминания о славянских городах на Днепре относятся к IX веку – это Переславль, Киев, Чернигов, Смоленск и ряд других более мелких городов. К началу XIII века- т.е. за триста лет – днепровские славяне (получившие к тому времени устойчивое наименование русь) основали такие города, как Курск, Путивль, Белгород, Рязань, Муром. Все эти города расположены по Оке и южнее ее.

Дальше на восток русскими князьями были основаны Владимир, Суздаль, Галич (Ростов существовал с IX века), и в начале XIII века они выходят к Волге, основав Нижний Новгород, Городец, Кострому, Тверь.

Рис.2.Область расселения голяди и окружающие ее русские княжества

Обращает на себя внимание то, что область, которую мы выделили как область предполагаемого расселения голяди, этой славянской экспансией не была затронута. За триста лет интенсивного освоения восточных земель вокруг этой области было основано несколько десятков русских городов, но ни одного русского города на этой территории не появилось. Ни одного!

Получается некое нарушение логики. Славяне, упорно продвигаясь на восток, север и юг от Днепра, осваивая дикие земли далеко от мест своего исконного обитания, в силу каких-то причин обходят близко расположенную, обширную и удобную для колонизации территорию. Но почему?

Ни дореволюционная, ни советская историческая наука не обратили должного внимания на этот странный факт.

Так например, академик Б.А.Рыбаков в своей книге «Киевская Русь и русские княжества», ставшей классикой советской историографии, вообще никак не выделил эту территорию. Он был убежден в том, что эти земли были разделены между Черниговским, Смоленским, Рязанским и Владимирским княжествами. Где-то на Протве и сходятся   границы этих четырех княжеств на картах Рыбакова. Отсутствие русских городов на этой территории он вообще никак не объяснил. Вроде бы предполагалось, что это был неосвоенный край с малолюдным населением, состоявшим в основном из   охотников и рыболовов. Богатой дани они дать не могли из-за своей малочисленности, поэтому не представляли особого интереса для князей. В общем, медвежий угол, который мало кого интересовал, и который мало кто посещал.

Но так ли это?

На одном из собраний Можайского Исторического Общества присутствовал археолог, старший научный сотрудник Института археологии РАН кандидат исторических наук В.В.Сидоров. Он участвовал в нескольких археологических экспедициях на территории Калужской области и увлеченно рассказывал об этом можайским слушателям. Масса интересных археологических памятников и масса богатых находок в Калужской области позволяли ему обоснованно утверждать, что в древности этот край был плотно заселен, а население отличалось высоким уровнем материальной культуры и благосостоянием. В качестве интересного примера Владимир Владимирович   приводил    Огубское селище, расположенное на обширной пойме Протвы, и в раскопках которого он участвовал. Находки археологов были так богаты, что появилась версия о том, что это селище было резиденцией князя. Но при этом внутри селища не было значительных построек, не было ни стен, ни валов вокруг него. Это отвергало предположение о том, что здесь жил князь с дружиной. Поэтому появилась версия, что это была летняя резиденция князя. Но какой смысл был в этой летней резиденции, расположенной в пойменной болотистой местности среди стариц, если замок князя находился всего в нескольких километрах отсюда на высоком берегу реки?

Если же предположить, что здесь жили обыкновенные крестьяне, то надо признать, что это были очень и очень богатые крестьяне.

Вот как описывает Владимир Владимирович в одном из своих интервью находки на Огубском селище:

"Огубское поселение – памятник с напластованием трех археологических культур: дьяковской, мощинской, зарубинецкой. Среди находок хочется отметить предметы металлургического производства II-VI в. н. э. (фрагмент тигля, литейная форма, ножи), предметы ритуального назначения (глиняные сосуды, шарики-фишки для игр и гаданий), костяные и каменные орудия раннего железного века (фрагменты зернотерок, пест для растирки зерна, точильные камни), керамика раннего железного века, женские украшения (бронзовые сюльгамы, кольцо, фибула, подвеска, бусины), предметы вооружения раннего железного века (боевой нож с серебряной гардой, железные стрелы, стальные наконечники) и многое другое. Большинство находок отреставрировано участником раскопок А.В.Степановым по его собственной методике".

В 2014 году довелось мне разговаривать на эту тему и с Н.А. Кренке, руководителем Московской археологической экспедиции Института археологии РАН. Он работал и в Московской, и в Калужской областях, и поделился со мной своими интересными наблюдениями. На основе своих практических наблюдений он пришел к выводу, что на этой территории долгое время жил один и тот же народ (Николай Александрович отождествлял этот народ с голядью), который в течении нескольких веков сохранял свою традиционную культуру. В археологии к понятию культуры относят способы изготовления и украшения орудий труда и гончарных изделий, способы строительства жилья и защитных сооружений, устойчивую приверженность к тому или иному типу женских и мужских украшений, ритуал погребения усопших.

Кренке считал, что длительное время на территории, заселенной голядью, все эти признаки материальной культуры оставались, практически, без изменений и не испытывали влияния других культур. За все время работы в Московской и Калужской областях он не встретил иных типов захоронений, иных типов украшений и иных типов гончарных изделий. Все это говорило о том, что здесь в течение столетий проживал один и тот же этнос.

Я был в некотором недоумении:

- Что же это значит, Николай Александрович? Получается, что не было никакого движения племен и народов? И летописец изрядно фантазировал, когда рассказывал о переселении словен, вятичей, кривичей, готов? Все тихо-мирно жили веками на своих землях?

-- Немного не так. Переселение и движение народов было, но голядь, поселившись здесь, просто не пускала на свою территорию чужаков. Видимо, это был сильный и многолюдный народ, хорошо организованный в военном отношении. Это и позволяло им успешно защищать свои границы.

И как пример он привел вятичей, южных соседей голяди, которые так же не терпели пришельцев на своих землях и несколько веков успешно отстаивали свою территорию от посягательств киевских, черниговских и рязанских князей.

Подобная точка зрения на голядь находит свое подтверждение и в следующем. Если взглянуть   на карту русских княжеств X - XIII вв. и обратить внимание на время основания некоторых русских городов, пограничных с землями голяди, то можно сделать интересные выводы. Так например, город Ржев, расположенный на северной границе территории голяди, впервые упоминается в исторических документах в 1019 году. Эта была первая попытка новгородцев закрепиться на этих землях. Потом Ржев исчезает более чем на сто лет из всех письменных источников, и вновь упоминается лишь в 1150 году, но уже как город Смоленского княжества.

Другой город на северной границе голяди, Тверь, основана в 1135 году. Долгое время это был незначительный город в составе Суздальского княжества, и лишь после татаро-монгольского нашествия он обособился в отдельное княжество.

Торжок основан в 1139 году Юрием Долгоруким. Но называется и другая дата первого упоминания Торжка в летописях, более поздняя – 1216 год.

Почти то же самое происходит и с Волоколамском. Есть некоторые основания считать, что этот город основал в 1034 Ярослав Мудрый. В течение последующих ста лет Волоколамск нигде не упоминается, и лишь в 1135 году летопись называет его как город, принадлежащий Великому Новгороду.

Подобные двойные даты, возможно, говорят о том, что русские князья попытались обосноваться в этих местах, но голядь сумела изгнать пришельцев со своей земли   и долгое время успешно защищалась от повторных попыток проникнуть на их территорию.

Но, видимо, были не только победы, но и поражения, и голядь, пусть и медленно, но все же уступала свои земли.

Под 1147 годом упоминается Москва, как небольшой городок Суздальского княжества.

Под 1177 годом упоминается Коломна, как город Рязанского княжества.

Таким образом, более ста лет понадобилось русским князьям, чтобы закрепиться на восточной границе голяди и взять под свой контроль все течение Москвы-реки. Успехи не слишком впечатляющие.

На западной и южной границе территории расселения голяди только к середине XIIвека появляется ряд мелких русских городков. Наиболее подробно их перечисляет Татищев, описывая злоключения Святослава Ольговича после изгнания его в 1146 г. из родового Черниговского княжества. Татищев называет такие города, как Севск, Болдин, Карачев, Козельск, Дедославль, Брянск, Дебрянец, Осетр, Любенск, Лобыньск, Сыренск .

Правда, из текста не совсем понятно, все ли эти города принадлежали русским княжествам? Возможно, часть из них могла принадлежать вятичам или же голяди. В этом случае посещение этих городов князем Святославом можно расценивать как попытку найти себе союзников среди вятичей или голяди. Что вполне понятно в его трудном положении.*

* Татищев в своей «Истории» упоминает, что Святослав в это время посетил не только своих ближайших соседей, но успел побывать и в Великом Новгороде, и в Рязани. Цели этих отдаленных поездок очевидны – поиск новых союзников.

Но даже, если считать, что Брянск, Карачев и Козельск были черниговскими городами, то и в этом случае территория независимой голяди остается довольно значительной.

Какие выводы можно сделать из этого?

Вывод один: голядь – скорее, это был союз этнически близких племен - заселял эту огромную территорию длительное время. Голядь была многолюдным и сильным племенем, успешно отражавшим многочисленные попытки русских князей захватить ее территорию.

Хотя после похода Святослава Ольговича голядь окончательно исчезает из русских летописей, но это совсем не значит, что исчез весь народ.   Археологи не отметили исчезновения в этом районе местной археологической культуры. Этнос как жил на этих землях, так и продолжал жить. Поэтому, можно сделать вывод, что поход Святослава Ольговича   был всего лишь незначительным военным набегом на соседние племена, обычным в то время, и мало повлиявшим на жизнеспособность этноса в целом. И если исчезло отдельное племя голядь, то в целом народ не исчез и продолжал успешно существовать

Остается без ответа лишь один вопрос – если голядь была сильна, независима и успешно воевала со своими соседями, почему русские летописи молчат об этом племени?

Обратимся вновь к южным соседям голяди – к вятичам. Именно там мы видим схожую картину – длительное и успешное сопротивление экспансии русских князей и почти полное молчание по этому поводу летописей. Вятичи в различных исторических документах упоминаются всего несколько раз. Первый раз в «Повести временных лет» ( IXвек), как одно из славянских племен, потом вятичи упоминаются как данники князя Святослава. Упоминаются вятичи и в записи о подавлении восстания, которое они подняли против киевских князей. О голяди ничего подобного не написано, и отсюда можно сделать вывод, что это племя никогда не подчинялось русским князьям.

Наибольшее количество сведений о вятичах оставил Владимир Мономах в своем «Поучении». Прежде всего, он с определенной гордостью упомянул о том, что два раза проезжал через земли вятичей. Это говорит о том, что вятичи были сильным племенем, настроенным весьма враждебно к пришельцам, и проходить военному отряду по их землям было очень опасно.

Упомянул Мономах и одного из вождей вятичей, князя Ходоту, с которым ему пришлось воевать. И это единственное упоминание языческого вождя в русском летописании и русской мемуаристике средневековья. Если бы не «Поучение» Мономаха, то наши сведения об этом племенном союзе были бы значительно беднее.

Последний раз вятичи упоминались в летописях в 1197 году.

Конечно, записей о вятичах в летописях и иных документах сохранилось больше, чем о голяди, но не слишком много для сильного и независимого племени, с которым киевским и рязанским князьям пришлось воевать более двухсот лет.

Возможное объяснение этому летописному невниманию и к вятичам, и к голяди надо искать в некотором пренебрежительном - если не презрительном! - отношении летописцев-монахов к язычникам. В советской историографии эта черта отечественного летописания была подмечена давно и подтверждается многочисленными примерами. Так, например, летописцами не названо ни одного языческого племени на огромном пространстве от Москвы реки до Волги. Хотя, как можно предположить, эти племена   исчислялись десятками. И только в названии отдельных городов и территорий сохранилось название этих племен – Мурома, Мещера и т.п.

Видимо, и по отношению к голяди было проявлено подобное пренебрежительное высокомерие. Православный летописец был твердо убежден в том, что не пристало христианину не только общаться с «погаными», но и проявлять к ним заметный интерес. Вот поэтому и нет в наших летописях упоминаний о племенах язычников, нет упоминаний об их вождях и их деяниях, нет интереса к их богам и быту народа.

в район верхней Оки направлены походы суздальских князей 1196 и 1231 гг.

                      4.Этническое происхождение    

Попробуем ответить на вопрос о происхождении голяди.

Первые предположения на этот счет высказал еще Татищев. Он причислил голядь к галиндам, жившим в Восточной Пруссии, и которых относят к племенам прусским.

Карамзин согласился со своим предшественником в том, что голядь родственна галиндам, но относительно происхождения галиндов полагал, что они могли быть как славянским, так и германским народом.

Историк С.М.Соловьев согласился и с Татищевым, и с Карамзиным в том, что голядь – это одно из племен галиндов, но причислил последних к литовцам:

«Из литовских племен очень рано вошли в состав русских владений голяди или голядь, жившими по рекам Протве и Угре, замешанные среди племен славянских – радимичей. Вятичей и новгородцев. Каким же образом часть литовского племени голядей попала так далеко на восток? Простирались ли так далеко древнейшие жилища литовского племени, перерезанные после движения славян с юга, или голяди явились на Протве и Угре вследствии движения с запада, точно так, как тем путем явились славянские лехитские племена радимичей и вятичей? Может быть, даже переселение голядей на восток находилось в связи с означенным переселением радимичей и вятичей, с другой стороны, природа страны голядов и некоторые исторические данные делают вероятным переселение части этого племени на восток вследствии недостатка жизненных средств. Галиндия находилась к северу от Мазовии, была наполнена множеством вод, густых лесов и пущей; рассказывают, что в одно время народонаселение Галиндии так умножилось, вследствии долгого мира, что средств к жизни стало недостать, в таких обстоятельствах старшины определили, чтоб в продолжении известного времени все младенцы женского пола были умерщвляемы. Понятно, что ни одно из приведенных предположений не может быть принято преимущественно перед другим, но все они, вместе взятые. достаточны для убеждения в том, что наши голяди были родственны жителям литовской Галиндии».

С этим не согласился Н.П.Барсов, интересные топо-гидронимические наблюдения которого уже приводились в данной работе:

«Что касается голяди… то только сходство ее названия с Прусской Галиндией позволяет видеть в ней особое племя и причислять ее к Литве…

Объяснить появление этой литовской ветви так далеко на восток довольно трудно. Очень может быть, что еще в глубокой древности Голяди были оторваны от массы литовского племени движением славян с юга на север, - или же они явились на Протве и вследствии переселения с запада, что могло стоять в связи с переселением с запада же Славянских племен Вятичей и Радимичей, по известиям летописи пришедших от ляхов на Оку и Сожь».

В середине XX века замечательная литовская исследовательница Мария Гимбутас без каких-либо сомнений отнесла голядь к балтам, связав этот этнос с предшествующей мощинской культурой, которая существовала на территории центральной России с Vвека до н.э. и по V-VII века н.э. По ее предположениям, некогда балты заселяли огромную территорию – чуть ли не от Урала и до берегов Балтики:

«С помощью археологических находок можно совершенно определенно подтвердить существование потомков балтов к востоку от Москвы, на территории, расположенной между Смоленском, Калугой и Брянском вплоть до XII века. Более того, их можно соотнести с племенем галиндян, известным по Лаврентьевской и Ипатьевской летописям. В них описываются войны между русскими и местными правителями и галиндянами на реке Протве, происходившие в XI–XII веках».

Рис. 4. Границы распространения культуры балтов и их соседей: 1 – культура западных балтов; 2 – фатьяновская (включая «балановскую» и «абашевскую»); 3 – центральноевропейская унетицкая (курганная); За – после проникновения на Средне-Дунайскую равнину и в Трансильванию в среднем бронзовом веке; 4 – северо-карпатская (белопотоцкая, комаровская и высоцко-белогрудовская); 5 – культура Северного Причерноморья до появления курганных

М.Гимбутас считала балтов наиболее древним населением этого региона, которых со временем стали вытеснять иные пришлые народы:

«Вторжения славян не смогли стереть балтов с лица земли. Они продолжали существовать в виде огромных и небольших объединений еще многие столетия. Весьма вероятно, что до того, как славянские племена кривичей, дреговичей и радимичей стали преобладающими в верхнем бассейне Днепра, на этом месте существовало балтийское население, чья культура оказалась близкой латгалам, проживавшим на востоке Латвии.

Нам очевидно, что начиная с момента славянского вторжения вплоть до образования трех славянских княжеств: Новгородского, Рязанского и Киевского – в IX веке, и даже спустя несколько столетий, на территории современной Белоруссии и на западе Великороссии продолжало проживать значительное число балтов».

Рис. 5. Балты после славянской экспансии (—XII вв.): 1– балты, 2 – славяне, 3 – финноугры между русскими местными правителями и галиндяна-ми на реке Протве, происходившие в XI–XII веках.

Точка зрения М.Гимбутас подтверждается названиями рек центральной России. Вот что писал В.В. Седов по этому поводу в своей статье «Голядь»:

«В Верхнеокском регионе, как и в левобережной части Верхнеднепровского бассейна, вместе с водными названиями балтского происхождения, имеющими многочисленные соответствия в Подвинье и современных литовско-латышских землях, имеются гидронимы западнобалтского (прусско-ятвяжско-галиндского) облика.

На основе топо - гидронимов, производных от этнонима голядь, исследователи очерчивают довольно широкий регион расселения этого племени - от верховьев Клязьмы на севере до верховьев Жиздры на юге и от водораздела Днепра и Волги на западе до окрестностей Москвы на востоке».

Еще одно подтверждение существования балтов на этой территории дает нам лингвистика.

В.И.Даль в статье «О наречиях великоруского языка» (Даль всегда писал слово русский с одним с) упомянул   особый говор жителей западной части Московской губернии. Говор этот он относил к смоленскому наречию, наиболее характерными особенностями которого было дзеканье (вместо д, т произносят дз, тс) и аканье (стремление заменить о на а). Смоленское произношение Даль слышал в Волоколамске, Рузе, Можайске. Говор этот, как писал Даль, «идет от Москвы на запад и незаметно переходит в чистое белорусское».

Кроме того, дзеканье он слышал в Торжке, Ржеве, Зубцове, Медынске, Мосальске, Дорогобуже, Сычевске.

Смоленский говор, как отметил Даль, был распространен во многих уездах Калужской губернии. И привел пример говора Мосальского уезда, в котором употребляется вопросительная частица ти: Ти ты паедешь у поля? А это уже особенность белорусского говора. Интересно для нас и замечание Даля о том, что «сильное участие белорусского языка в Черниговской, Орловской, Калужской, Тверской, и особенно в Псковской губерниях».

Стоит отметить еще одну замечательную особенность говора жителей Калужской губернии, подмеченную Далем в Боровском уезде, - они не употребляли среднего рода: яблок гнилой, сено хорош, яйцо свежий.

Встретилась и мне эта особенность говора, но уже в Можайском районе. Так говорили некоторые малообразованные старушки из окрестных деревень. Вначале я воспринял отсутствие в их речи среднего рода, как некую, еще не полностью изжитую, татарщину, доставшуюся нам от времен ордынских. Но спустя некоторое время я заглянул в грамматику литовского языка и с интересом узнал, что в литовском языке отсутствует средний род.

Следовательно, неправильность речи жителей этого региона можно понимать как   очень древний языковый реликт, сохранившийся до наших дней с незапамятных времен.

Что же дают нам эти лингвистические наблюдения?

Они еще раз подтверждают вывод о том, что на большой территории от Московской области на запад, юго-запад и северо-запад жил народ, чей язык значительно отличался от языка их соседей. Такие особенности, как дзеканье, аканье и отсутствие среднего рода позволяют отнести этот народ к балтской группе. А точнее, к литовцам. Надо заметить, что в Белоруссии сейчас появилось много исследований, в которых белорусов сближают с балтами. Тем самым подтверждается теория М.Гимбутас о широком расселении прибалтийских народов на территории современной России. И одним из племен этого народа была летописная голядь.

Рис.5. Древние литовцы

                                                       5.Литва

За следующие сто лет после похода князя Святослава Ольговича ни голядь,  ни  города или селения на этой территории ни разу не упоминаются летописцами. Снова создается впечатления, что этот край опустел и обезлюдел.

На Русь вторгаются татаро-монгольские полчища и предают русские княжества полному разорению. Уничтожаются Рязань, Муром, Коломна, Владимир, Суздаль, Чернигов, Киев. Некоторые города сами открывают свои ворота захватчикам. Летописи наполняются скорбными записями о пленении всей русской земли и уничтожении всего народа.

Но в отношении тех земель, которые мы обозначили как область обитания голяди, в летописях нет ни слова. Нам не известно, какие города были разорены монголами на этой территории, какие сражения происходили здесь. И нам остается только гадать, какая судьба постигла этот народ в черные годы монгольского завоевания.

Первое впечатление, что здесь вообще ничего не происходило. Возможно, население здесь было настолько редким, что монголы даже не заглядывали сюда, считая бессмысленным гоняться по этим дебрям за нищими охотниками и рыболовами.

Но тогда как же быть с предыдущими выводами о том, что это был населенный и богатый край? Как быть с результатами археологических раскопок – их так же надо признать ошибочными?

Логичнее было бы предположить, что край этот продолжал быть густонаселенным и ко времени монгольского нашествия. И что он подвергся такому же опустошению и разорению, как и русские княжества. Монголы огнем и мечом прошли по землям голяди, перебили способных сопротивляться, а женщин и детей угнали в рабство.  И здесь остались лишь пепелища и трупы, как и на русской земле. И к землям голяди вполне применимы слова, сказанные летописцем о русской земле: «Некому было стонать и плакать, некому скорбеть о погибших, родителям о детях, братьям о братьях — все вместе лежали мертвые…»

Но вновь мы сталкиваемся с историческими неожиданностями. Как показывают дальнейшие события, голядь не только не была уничтожена монгольскими ордами, но и значительно укрепила свои силы.

В 1248 годуМосковский князь Михаил Храбрый, младший брат Александра Невского, пользуясь тем, что старшие братья Александр и Андрей отправились в Монголию в Каракорум к великому Хану Гуюку, захватил власть во Владимире. Он изгнал   своего дядю Святослава и объявил себя Великим князем.

Надо полагать, что Михаил пользовался сильной поддержкой Батыя или иного влиятельного чингизида из Волжской орды. Только этим можно объяснить ту необыкновенную самоуверенность, а точнее – наглость, с которой Михаил узурпировал великокняжескую власть, не побоявшись  нарушить наследственные права    своих старших родственников. Не исключено, что помощь в этом перевороте Михаилу оказали  монголы.

В этом же году новый Владимирский князь отправляется в поход на Протву и погибает здесь во время сражения с литвой. Летописец кратко отметил: "И Михаиле Ярославичъ московский убьенъ бысть от Литвы на Поротве" (ПСРЛ, 1925, с. 38).

Это военное столкновение с литвой не вызывало особых вопросов ни у русских, ни у советских историков:   литовский отряд отправился в грабительский набег на русские земли, был встречен на Протве князем Михаилом, произошло сражение, в котором князь и погиб. Победа, видимо, была за литовцами.Вскоре суздальский князь Ярослав, брат Михаила и Александра Невского, разгромил литовцев у Зубцова.

Вроде бы, все предельно ясно. Но задумаемся о некоторых обстоятельствах этого похода и этого сражения, на которые до сих пор никто не обращал серьезного внимания:

1.От Литвы до Протвы около 700 километров. Проделать такой большой путь очень затруднительно, и этот поход мог растянуться на месяцы. Еще затруднительнее было вернуться обратно, поскольку нужно было везти добычу и гнать пленников. К тому же, путь этого отряда пролегал через русские княжества – Смоленское, Тверское, - которые постоянно страдали от  литовских набегов и всегда были готовы встретить незваных гостей с оружием в руках. Отряду нужно было скрытно пройти через эти земли, что вряд ли было возможным.

Поэтому трудно допустить, что литовцы забрались так далеко в поисках добычи. Обычно они нападали на близко расположенные к своим границам русские княжества – Полоцкое, Псковское, Новгородское, Смоленское. Походы на эти княжества были не так обременительны для них, а в случае поражения они могли быстро укрыться в своих землях.  

2.Допустим, литовский отряд все же успешно дошел до Протвы. Но зачем? После Батыева нашествия прошло всего десять лет, и русские, и голядские земли еще находились в страшном запустении. Чем литовцы могли здесь поживиться? Практически, ничем. Более логичным выглядел бы этот поход, если бы он был совершен на тверские города, которые монголы не разорили.

3. В русских летописях в последующие сто – сто пятьдесят лет нет никаких упоминаний о набегах литовцев в московские пределы. Лишь в XIV веке, когда литовские князья присоединили к своим владениям Смоленск и Вязьму, они совершили несколько попыток захватить Москву. Но от Вязьмы до Москвы около 250 километров, и этот путь проделать было значительно проще. К тому же, на Москву шел большой военный отряд, которому не нужно было скрываться из-за опасения нападений, и это значительно облегчало его движение.

4. Сделаем еще одно допущение. Предположим, голядская земля не была опустошена Батыевым нашествием, и литовский отряд отправился грабить именно голядов. Но тогда какой смысл был Владимирскому князю защищать своих соседей, отношения с которыми были далеки от дружеских?

Все это приводит к мысли, что литовцы вряд ли могли отправиться в набег на Протву. Но возникает вопрос: почему летопись говорит о сражении именно с литвой?

Как уже говорилось в предыдущей главе, голядь была близка к балтским народам. Голяды и литовцы, как можно предполагать,  этнически были близки друг другу  и разговаривали на одном и том же языке. Единственное различие между ними было в том, что голядь жила далеко на юго-востоке от Балтики.

Еще Иордан, римский историк середины IVвека, в своем сочинении «О происхождении и деяниях гетов», посвященной истории готов, писал о том, что некий народ Coldas подчинялся готам. Современные историки этот народ отождествляют с голядью. Можно предположить, что так назывался племенной союз близких народов, заселявших   обширную территорию нынешней центральной России.   Возможно, это имя носило одно из сильных племен, входивших в этот союз. Со временем голядь уменьшилась числом, что и повлекло за собой   утрату ее влияния среди других родственных племен. В этом союзе стали доминировать другие племена,   вследствие чего сменилось и самоназвание этноса, и появилось новое, общее для данного народа – литва.

Отечественные историки, начиная с Татищева, введенные в заблуждение словом литва, стали считать, что все военные набеги литвы на русские княжества той поры – это набеги исключительно прибалтийских литовцев. Голядь считали давно исчезнувшим народом и даже гипотетически никогда не допускали мысли о ее возможном участии в   этих набегах.  И эта ошибка прочно держится в нашей исторической науке уже более двухсот лет.

Если допустить, что голядь продолжала жить на прежнем месте, то можно сделать интересные предположения.

Князь Владимирский Михаил не отражал нападения литовцев, а просто направился в грабительский набег на своих соседей. Возможно, что на Протву он повел монгольский отряд, который помог ему захватить власть во Владимире. Эта была попытка вознаградить союзников за их труды. Надо полагать, что после Батыева нашествия Владимирское княжество еще находилось в тяжелом состояние, княжеская казна была пуста, поэтому Михаил и повел монголов на Протву, надеясь на легкую добычу. Но ошибся. Местное население, к тому времени уже называвшееся литвой, оказало решительное сопротивление. Не исключено, что погиб не только князь, но и весь его отряд. Это говорит о том, что население, жившее на Протве, было многочисленным и хорошо организованным. Но таковым оно могло быть лишь в том случае, если его не затронуло монгольское нашествие. Или затронуло минимально. Не значит ли это, что голядь–литва сумела как-то договориться с монголами и тем самым уберегла себя от полного уничтожения?

Но возможно и другое предположение.

Уходя в 1238 году из разоренной Руси в степи, монголы остановились у небольшого города Козельска, принадлежавшего, как принято считать, Черниговскому княжеству, и осаждали его семь недель. Это единственный пример такой длительной осады русского города монголами. Горожане мужественно защищались, перебили огромное число врагов и сами все погибли.

Есть некоторые сомнения относительно того, какому княжеству принадлежал этот город. Он  находился на западной границе земель голяди, и не исключено, что это было голядское поселение. Возможно, монголы пытались захватить и другие города этого народа, но натолкнулись не только на самоотверженное, но и достаточно   умелое сопротивление и понесли значительные потери.  Это так напугало монголов, что они предпочли обойти эту территорию стороной. Слишком дорогой ценой давались кочевникам победы. И они не рискнули продолжать войну с этим народом, сумевшим оказать захватчикам уже в первых столкновениях ожесточенное   сопротивление.

Стоит обратить внимание и на то, что тело князя Михаила, как следует из дальнейшего летописного рассказа, было привезено во Владимир не княжескими дружинниками, а людьми епископа Кирилла спустя какое-то время после сражения. О чем это говорит?

Это говорит, прежде всего, о том, что поражение дружины Михаила было полным. Видимо, остатки его отряда бросились в такое поспешное бегство, что даже не имели возможности отыскать своего князя среди павших.

Но что мешало приближенным и слугам   князя вернуться сюда спустя некоторое время и подобрать тело Михаила на поле сражения? Видимо то, что там его не было. Победители унесли его с собой.

Но, здраво рассуждая, литовцам, которые возвращались в Литву, совсем лишним было возить с собой трупы своих врагов. Тело князя Михаила могли увезти только местные жители, голяды, в одно из своих поселений.

Видимо, голяды были настроены очень враждебно к своим соседям, поэтому княжеские дружинники и бояре не решились ехать к ним выкупать тело своего князя. И эту миссию пришлось взять на себя людям епископа Кирилла. Как можно предположить, к служителям культа у голядов отношение было несколько мягче.

Еще одно упоминание о литовцах того же времени мы находим у папского посла Плано Карпини. В 1245 году он был отправлен папой   Иннокентием IV к великому хану Гуюку в Монголию, чтобы склонить монголов к миру и установить с ними дипломатические отношения. В 1247 году Плано вернулся в Европу и написал свою знаменитую «Историю монголов», в которой упоминаются и литовцы.

Как описывает автор, посольство из Кракова направилось в Киев, где находились монгольские заставы. Эта часть путешествия оказалась очень тревожной, так как послы страшились внезапного   нападения литовцев, которые совершали в эти места частые набеги:

«После этого вышеназванный князь (Василько, брат Галицкого князя Даниила) послал с нами до Киева одного служителя. Тем не менее все же мы ехали постоянно в смертельной опасности из-за Литовцев, которые часто и тайно, насколько могли, делали набеги на землю Руссии и особенно в тех местах, через которые мы должны были проезжать; и так как большая часть людей Руссии была перебита Татарами или отведена в плен, то они поэтому отнюдь не могли оказать им сильное сопротивление, а со стороны самих Русских мы были в безопасности благодаря вышеназванному служителю».

И здесь снова возникают вопросы: о каких литовцах говорит папский посол? О литовцах прибалтийских? Но трудно поверить в то, что они из Литвы совершали длительные и очень частые походы в разоренные русские земли. Чтобы попасть сюда, им нужно было преодолеть расстояние такое же, как и до Протвы, - примерно 700 километров. Путь очень длинный и опасный. Поэтому более логичным выглядит предположение, что эти набеги совершали голяды, из той своей области, которая располагалась на западе их земель. В этом случае расстояние сокращается, примерно, на 300 километров.  

Такое предположение дает возможность довольно просто объяснить необыкновенно далекие литовские набеги на земли русских княжеств – это были набеги не прибалтийских литовцев, а голяди-литвы.

Летописные записи свидетельствуют, что голядь-литва необыкновенно активизировалась после монгольского нашествия. Это еще раз подтверждает предположение, что этот народ не слишком сильно пострадал от монгольских орд.

Интересно и то, что активность этого народа проявляется не только после нашествия монголов, но проявилась задолго до него. Начиная с 1200 и по 1285 год, как отмечено в летописях, литовцами на русские земли было совершено 18 крупных и множество мелких набегов. Большую их часть совершили литовцы прибалтийские, но некоторые из этих набегов следует, видимо, связать с голядью-литвой.

О литовских набегах писали еще Карамзин и Соловьев, но более интересны в данном случае исследования Пашуто В.Т.В своей большой работе«Образование Литовского государства» он подробно перечисляет их:

«В последней части Киевской летописи находятся некоторые литовские известия. Это, во-первых, сведение о походе 1203 (1204) года черниговских князей на Литву, о котором и киевский источник Новгородской летописи сообщает: «Победиша Олговици Литву и избиша их 7 сот да 1000». В своде 1479 г., привлекавшем Киевскую летопись, уцелело еще одно известие под 1220 г. о борьбе Черниговщины с литовской угрозой: зимой «приходиша Литва и воеваша волость Черниговъскую; Мстислав же Святославич гони по них из Чернигова, и постиг их, изби всех, а полон отъят». Участие Чернигова в литовских делах вполне понятно, ибо из случайной обмолвки волынского летописца мы знаем, что литовские рати опустошали Черниговщину.

Литовские набеги идут на Торопец (под 1223 г.), Старую Русу (под 1224 г.), Торжок и Торопецкую волость (под 1225 г.) с отходом через Усвят; на Любно, Мореву, Селигер (под 1229 г.) и вновь на Старую Русу с отходом на Торопец и Клин (под 1234 г.) .

Татаро-монгольское разорение Руси активизировало литовские набеги: они достигли Смоленска. Русские князья принимали меры к обороне. Князь Александр Невский распорядился возвести в 1239 г. городки на Шелони; он же старался упрочить свое влияние в Полоцке. В том же году князь Ярослав Всеволодович очистил от Литвы Смоленск (о чем умалчивает Новгородская летопись, обычно следящая за судьбами этого города).

Но и эти меры не остановили набегов. Литовские отряды нападают на Торжок, идут далее на Бежицы (под 1245 г.), с отходом на Жижец, Усвят, Витебск. В борьбу втягивались новые центры Тверь, Дмитров и (как видим из невраждебной московским князьям летописи) Москва; по-прежнему их путь лежит и через Торопец (под 1253 г.). Полоцко-новгородско-смоленское пограничье тоже стало «землей ратной». Литовские набеги должны были повлиять на политическое положение Полоцкой земли и понудили местных бояр искать каких-то новых форм соглашения с сильным соседом. Что такое соглашение было найдено, видим из сообщения летописи (под 1258 г.) о нападении уже не «полочан с Литвой», как прежде, а «Литвы с полочаны» на Смоленск и разорение ими Войщины; а затем в том же году о нападении Литвы на Торжок».

Особо обращает на себя внимание то, что литва очень часто нападала на города Бежецк, Зубцов, Торжок и Торопец, расположенные достаточно близко к современным Московской и Калужской областям. Наиболее крупные литовские набеги на эти города произошли в 1225 и 1245 гг. И, скорее всего, их совершили голяды-литва.

Подтверждением этому служит набег 1234 года, совершенный на Старую Русу (владение Великого Новгорода). После набега литва стала отходить на Торопец (на юг) и Клин (юго-восток). То есть, нападавшие уходили не на запад, как следовало бы ожидать, а на юг, к верховьям Москвы-реки и Протвы. Очевидно, места обитания этой литвы располагались именно там.

Еще ранее, в 1220 году, литва воевала Черниговскую землю. Вызывает сомнение, что этот набег был совершен прибалтийской литвой. Чтобы попасть под Чернигов, литовскому отряду нужно было пройти земли Полоцкого, Смоленского и Черниговского княжеств. Русская земля в то время еще не была разорена монголами, поэтому в каждом из этих княжеств литовцев могли ожидать военные столкновения. Стоило ли им так рисковать, забираясь далеко на юг?

Видимо, этот набег был совершен голядью-литвой. И нападение произошло с восточной стороны Черниговского княжества, со стороны владений голяди.

Крупный литовский набег произошел в 1245 гг. Отряд литовцев, численностью до 10 тысяч захватил Торжок, двинулся дальше на восток и овладел всей Бежецкой волостью. Какое-то время литовцы бесчинствовали в этих местах, пока не появились русские отряды и не изгнали их из своих пределов.

Чтобы достичь Бежецка, литовцам нужно было пройти более 800 километров. Нужно ли было им так далеко ходить за добычей, если рядом с ними находились богатые поселения Великого Новгорода, Пскова, Смоленска?

Если учесть, что поход был зимним, то возникает еще больше вопросов. Предположим, чем кормили лошадей? Отнимали сено и зерно у населения? Отряд в сто всадников еще мог рассчитывать на такой способ обеспечения кормом своих лошадей. Но отряду в несколько тысяч на это рассчитывать уже не приходилось.

Если эти походы были пешие, то литовцам нужно было от месяца до двух чтобы добраться до Бежецка. Не лучший вариант для стремительного грабительского набега.

Есть только одно разумное объяснение этим походам – они совершались не с запада, а с юга, со стороны территории голяди-литвы. В этом случае расстояние сокращалось до 200 километров. И подобный путь не вызывал особых затруднений для конного или пешего отряда.

Пусть и косвенно, но эти набеги подтверждают существование в центральной части нынешней России некоего независимого и сильного народа, который в XIIIвеке русские летописи называли литвой. Не вызывает сомнения и то, что эта литва была прямым потомком голяди.

                                 

                                     6.Верховские княжества

После татаро-монгольского нашествия в верховьях Оки образуется ряд мелких княжеств, получивших название Верховских. Вследствии полного отсутствия исторических документов, сказать что-либо определенное относительно раннего периода существования этих княжеств не представляется возможным. Здесь мы вновь сталкиваемся с белым пятном отечественной истории.

   Как считают современные историки, основали Верховские княжества сыновья Черниговского князя Михаила Всеволодовича после его мученической смерти в Орде. По-крайней мере, именно это утверждают родословцы княжеских фамилий, имевших родовые вотчины в тех местах. Поскольку подлинных документов той поры по Верховским княжествам не сохранилось, то историки просто вынуждены принять эту версию. Но надо заметить, что написаны эти родословцы, большей частью, в XVI веке, поэтому не могут быть бесспорными историческими свидетельствами.

История князя Михаила Всеволодовича Черниговского такова. В 1246 году он был вызван в Орду, где проявил свой гордый нрав. Перед входом в шатер Батыя монгольские шаманы повелели ему пройти через священный огонь и поклониться их идолам, но князь отказался выполнить этот ритуал. Карамзин приписал ему следующие слова: «Я могу поклониться Царю вашему, ибо Небо вручило ему судьбу Государств земных; но Христианин не служит ни огню, ни глухим идолам».

Летописный рассказ о гибели Михаила Черниговского в Орде довольно краток: «Того же лета Михайло, князь черниговскый, со внуком своим Борисом поехаша в татары, и бывши им в станех, послал Батый к Михаилу-князю, веля ему поклонитеся огневи и болваном их. Михайло же князь не повинуся велению… но укори его и глухыя его кумиры. И тако без милости от нечистых заколен бысть, и конец житию прият месяца семтября в 20 день (1246 года) на память святого мученика Евстафия».

После смерти Михаила черниговский престол занял его брат Андрей.

Практически одновременно (30 сентября) в Монголии был отравлен второй из трёх самых влиятельных русских князей — Ярослав Всеволодович Владимирский. Годом ранее Даниил Галицкий в ставке Батыя признал свою зависимость от монгольских ханов.

В 1572 году останки Михаила Черниговского после его прославления были перенесены из Чернигова в Москву. В 1772 году его мощи помещены в серебряную раку в Архангельском соборе.

Широкая известность Михаила Черниговского в Русском государстве, особенно после торжественного переноса его мощей из Чернигова, привела к тому, что все служилые верховские князья при составлении родословцев указали его своим предком. Таким образом, в родословных книгах появилось обширнейшее «племя Михаила Черниговского», к которому относили себя Долгоруковы, Волконские, Репнины, Горчаковы, Оболенские, Одоевские, Воротынские, Барятинскиеи другие потомки Ольговичей.

Список Верховских княжеств:

1.Козельское княжество (ок. 1235—1445) — центр Козельск

2.Карачевское княжество (ок. 1246—1360) — центр Карачев

3.Тарусское княжество (1246—1392) — центр Таруса

4.Оболенское княжество (ок. 1270?—1494) — центр Оболенск

5.Звенигородское княжество (ок. 1340—1504) — центр Звенигород-на-Оке

6.Мосальское княжество (ок. 1350—1494) — центр Мосальск (Масальск)

7.Перемышльское княжество — центр Перемышль-на-Оке.

8.Новосильское княжество (ок. 1376 — ок. 1425) — центр Новосиль, распалось на:

9.Белёвское княжество (ок. 1425—1558) — центр Белёв

10.Воротынское княжество (ок. 1425—1573) — центр Воротынск (Воротынеск)

11.Одоевское княжество (ок. 1425—1547) — центр Одоев

12.Волконское княжество (XIV—XV века) — центр Волконск (в устье реки Волкона, притока Упы)

13.Конинское княжество (XIV—XV века) — центр Конино (сейчас городище около села Спас-Конино и деревни Колюпаново на реке Крушма в 14 км от города Алексин)

14.Мезецкое княжество (ок. 1360—1504) — центр Мезецк (Мезческ)

15.Барятинское княжество (ок. 1450—1504/9) — центр Борятин

16.Спажское княжество (XIV—XV века) — Павшино (сейчас городище около села Старое Павшино в устье реки Рысня, притока Упы).

Что же мы знаем о Верховских княжествах?

Практически, ничего. Мы не знаем, в каких взаимоотношениях они были со своими соседями, какой политики придерживались в отношении Орды, в каких военных конфликтах участвовали. Мы даже не знаем точных границ этих княжеств. Верховские княжества существовали почти триста лет, из которых первые сто лет никак не обозначены в исторических документах. И лишь с XIVвека в летописях появляются первые упоминания о верховских князьях.

Рис.6. Так современные историки представляют расположение Верховских княжеств

При взгляде на карту Верховских княжеств обращает на себя внимание то, что они располагались на территории, которую мы в предыдущей главе обозначили как земли голяди-литвы. Не значит ли это, что голядь-литва и была основным населением этих княжеств? Но почему во главе их стояли черниговские князья? Похоже, мы снова сталкиваемся с чем-то странным в истории этого народа. В течение нескольких сотен лет его не смогли покорить ни киевские, ни суздальские, ни смоленские князья, ни татаро-монголы, но неожиданно оно оказывается во власти черниговскихкнязей-изгоев. Может ли быть такое?

Сомнительно, чтобы черниговские князья после своего сокрушительного поражения от монголов сумели собрать воинские силы, достаточные для завоевания значительных территорий. Видимо, все обстояло несколько иначе. После того, как Черниговщина была разорена, оставшиеся в живых князья бежали на восток в земли независимой голяди-литвы и там нашли себе убежище. Возможно, голядь-литва приняла их в качестве военных вождей. Именно так поступали   в Великом Новгороде и Пскове. В минуту опасности эти народные республики собирали ополчения, руководить которыми приглашали за особую плату князей из соседних земель. Когда военная угроза проходила, ополчения распускались, а князьям-воеводам выплачивалось вознаграждение и «указывался путь», т.е. их вежливо (а иногда и силой!) выпроваживали из города. Народные республики берегли свою свободу и, опасаясь властолюбия пришлых князей,  не позволяли им долго засиживаться у себя и насаждать свои порядки.

Видимо, такое же народное правление существовало и у голяди-литвы, жившей еще родовым строем. И во время нападения врагов они собирали народное ополчение. Черниговские князья, как профессиональные военные, и руководили этим ополчением. Со временем старые племенные вольности были забыты, власть пришлых князей упрочилась, и   они превратили эти земли в свои наследственные вотчины.

Видимо, у голяди-литвы находили укрытие не только князья, но и крестьяне, и горожане из опустошенных русских земель. После такого массового наплыва пришлых людей, этот регион стал быстро терять свои этнические особенности – прежде всего, язык и языческие верования. И голядь-литва стала христианской и заговорила по-русски, сохранив в своей речи лишь отдельные языковые особенности своих предков.

Нам не известны ранние взаимоотношения Верховских княжеств с Ордой, не известно даже, подчинялись ли они монголам. Но начиная с XIVвека, т.е. со времени появления упоминаний о Верховских княжествах в летописях, четко обозначилась   их антиордынская политика. Они оказывали военную помощь то рязанским, то тверским, то московским князьям в их борьбе с Ордой, а впоследствии полностью вошли в состав Великого княжества Литовского, которое всегда конфликтовало с татарами.

В этом отношении показательны действия верховских князей в 1380 году, когда Московский князь Дмитрий Иванович готовился к схватке с Мамаем. Большинство русских княжеств отказалось прислать князю Дмитрию военные отряды, но верховские князья, притом по своей инициативе,  такую помощь оказали.

Андрей Ольгердович Полоцкий и его брат Дмитрий Ольгердович Брянский набрали свои полки в верховской земле и поспешили к русским войскам, которые уже подошли к Дону. Самое любопытное то, что их младший брат Ягайло Ольгердович в это время со своими отрядами шел на соединение с Мамаем и остановился в верховской земле у города Одоева. Он не смог (или не захотел?) помешать верховцам присоединиться к русскому войску. И хотя он стоял всего в одном-двух переходах от места сражения, но на помощь Мамаю так и не пришел. Летописец объяснил это тем, что Ягайло просто не успел вовремя привести свои отряды. Но не исключено, что он сознательно уклонился от помощи татарам.

В «Сказании о Мамаевом побоище» присоединение литовских князей к русским войскам описывается так:

«В то же время прослышали князья Андрей Полоцкий и князь Дмитрий Брянский, Ольгердовичи, что великая беда и забота отяготили великого князя Дмитрия Ивановича Московского и все православное христианство от безбожного Мамая.

…И посылает князь Андрей к брату своему, князю Дмитрию, тайно письмо небольшое, в нем же написано так: «… пойдем, брате, на помощь великому князю Дмитрию Московскому и всем православным христианам», ибо большая беда наступила для них от поганых измаилтян»

Князь же Дмитрий Ольгердович, прочтя письмо брата своего старшего, возрадовался…   И велел послу: «Скажи брату моему, князю Андрею: готов я сейчас же по твоему приказу, брат и господин. Сколько есть войска моего, то все вместе со мною…И еще скажи брату моему, слышал я также от пришедших ко мне сборщиков меда из Севрской земли, говорят, что уже великий князь Дмитрий на Дону, ибо там дождаться хочет злых сыроядцев».

Через несколько дней сошлись оба брата, как решили, со всеми силами в Северской земле и, свидясь, порадовались.. И достигли быстро Дона, и догнали великого князя Дмитрия Ивановича Московского еще на этой стороне Дона, на месте, называемом Березуй, и тут соединились.

Некий воевода пришел с литовскими князьями, именем Дмитрий Боброк, родом из Волынской земли, который знатным был полководцем, хорошо он расставил полки, по достоинству, как и где кому подобает стоять».

В летописи не названа численность отряда Андрея и Дмитрия. Но об этом можно косвенно судить по числу погибших в Куликововом сражении бояр: московских бояр пало сорок человек, литовских (видимо, все же верховских) панов - тридцать. Таким образом, отряд Ольгердовичей был по численности почти равен отряду московскому.

Летописи говорят о князьях Андрее и Дмитрии Ольгердовичах как о литовских князьях, перешедших на службу к Московскому князю и получивших здесь высокие должности. Андрей был наместником Дмитрия во Пскове, а Дмитрий — в Переяславле-Залесском, однако, по некоторым версиям, они привели войска из своих прежних уделов, бывших в составе Великого княжества Литовского — соответственно Полоцка, Стародуба и Трубчевска. Полк правой руки, сформированный в Коломне во главе с Владимиром Андреевичем, выполнял затем в битве роль засадного полка, за исключением вставших на левый фланг ярославцев, Андрей Ольгердович в битве возглавил полк правой руки, получив под своё начало также ростовцев. Это говорит о том, что Ольгердовичи заняли среди русских воевод не последние места.

Надо упомянуть и то, что князь Владимир Андреевич Серпуховской приходился Андрею и Дмитрию Ольгердовичам племянником, поскольку его мать, Елена Ольгердовна, приходилась им сестрой. А знаменитый Дмитрий Михайлович Боброк-Волынский был им двоюродным братом.

Таким образом, наиболее видные воеводы, возглавлявшие русские войска в Куликовской битве, были связаны близкими родственными узами и являлись представителями литовского великокняжеского рода. Возможно, именно поэтому Ягайло и не присоединился к Мамаю.

Сразу же после Куликовской битвы упоминания об Андрее и Дмитрии Ольгердовичах исчезают из исторических документов. Предполагают, что они вернулись в Литву после того, как Ягайло был свергнут с престола князем Кейстутом.

Интересно и то, что знаменитые воины Пересвет и Ослябя, как указывает летопись, были «брянскими боярами» или «любучанами», т.е. жителями города Любутска, о котором упоминалось ранее, и который располагался на Оке в центре верховских княжеств. Лишь позднее переписчики летописей сделали их монахами, которых, якобы, послал на битву с татарами Сергий Радонежский.

Упоминается в «Сказании о Мамаевом побоище» и князь Стефан Новосильский. Судя по прозвищу, это был один из верховских князей. Это еще раз подтверждает то, что верховцы приняли самое деятельное участие в этой битве.

Но, начиная с XIVвека, Верховские княжества постепенно теряют свои территории

Первым крупным приобретением московских князей среди владений верховских князей является Алексин. «Олексин, место домовое святыя Богородицы» был куплен митрополитом Петром между 1308-1326 гг.

Между 1340-1348гг. московским князем Семёном Ивановичем Гор­дым была выкуплена у новосильского князя волость Заберега в междуречье Протвы и Береги.

В 1371 году границы Московского княжества вплотную подходят к территории современной Калуги. Историк В. Н. Темушев отмечал: «Волость „Колуга“, занимавшая пространство вокруг реки Калужки, была приобретена московскими князьями у тарусских или новосильских князей».

Около 1401-1402 московские князья приобрели города Козельск и Тарусу.

С 1487 по 1494гг. длилась так назваемая пограничная война между Московским и Литовским государствами. По условиям договоров 1494 г. а затем 1503 г. вся территория бассейна верхней Оки вошла в состав Московского государства. Верховские княжества утрачивают свою самостоятельность и превращаются в княжеские уделы в составе Московского государства. Таковы были владения князей Новосильско-Воротынских, Одоевских, Белевских, Волконских.

Но и эти уделы продержались не долго. Во времена опричнины царь Иван Грозный, мучимый болезненными подозрениями и видевший всюду многочисленные измены,   зверски казнил многих из верховских удельных князей, а удельные княжества упразднил.

Этим и закончилась история Верховских княжеств. А с ними закончилась и история голяди и литвы, которая некогда обитала  на огромной территории от Брянска до Москвы.

 

Страница 1 из 13
Верстка сайта