Верейский музей

Автор  Верейский краеведческий музей

В Верейском музее открылась выставка «Купеческая лавка»

Вы знаете, то такое цыбик чая? Для чего служила медная грибоварка? Что такое штоф и полуштоф?Что называлось красным товаром, а что бакалеей? Что продавалось в москательной лавке? Каким был скобяной товар? Где продавались в Москве кованые сундуки? Все это и многое другое вы узнаете, посетив нашу выставку «Купеческая лавка»

Огромен вклад Верейского купечества в развитие города. Именно благодаря купечеству в Верее построены церкви, торговые ряды, большинство каменных зданий. Талантливость Верейского купечества признавалась в губернии, и даже после того, как Верейское купечество пришло в упадок, верейских купцов охотно брали московские купцы в приказчики.

В 1784 году в Верее из общего количества домов  дворянских было только 6, купеческих – 363, из них 4 каменных, мещанских 343, духовных лиц 23 и разночинских 19. Из этой статистике видно, что более 1000 человек (включая членов семьей) относилось к купечеству, т.е.1/5 всего населения Вереи.

Кстати, деление общества на сословия довольно четко утвердилось с указа Екатерины II от 1775 года. Они разделялись на податные – те, которые были обязаны платить государству подати, т.е. налоги, и неподатные – освобожденные от этой повинности. К неподатным относились дворянство и духовенство, к податным – крестьянство, мещанство, купечество. Ни купцы, ни мещане, ни духовенство крепостных крестьян держать не имели права – это была, за небольшим исключением, привилегия одних лишь дворян.

 Что такое мещанство? В последнее столетие это понятие обрело резко отрицательное значение. Однако в первоначальном своем значении слово «мещанин» означало горожанин – от старого слово «место», то есть город. Обычно это был ремесленник, мелкий торговец или же домовладелец. В мещане записывались горожане, имевшие капитал менее 500 рублей. Звание это было наследственным. Жена, какого бы сословия она ни была, при замужестве переходила в сословие мужа.

Приказные или приказчики – помощники купцов. В зависимости от солидности торговли, были и требования владельцев магазинов к своим приказчикам. Это сказывалось не только на внешнем виде приказчиков, но и на их обращении с покупателями. Покупатель настолько привыкал к обходительному приказчику, что если он по каким-либо причинам переходил к другому хозяину, то все покупатели тянулись за ним.

Слово крестьяне у нас обычно связывается с жителями сельской местности. Но понятие крестьянства как сословия было шире. В старину в городе проживало большое количество крестьян, которые по недостатку капитала или какой-либо другой причине так и не смогли прописаться в мещане – даже после ликвидации крепостного права.

Разночинцы – это буквально люди разных чинов и званий. То были выходцы из различных социальных групп (кроме дворянства), получившие образование.

 И, наконец, служилые дворяне. С петровских времен дворянство, уравненное в правах перед законом, по происхождению делилось на родовое (столбовое) и служилое (новое), достигнутое выслугой на государственной службе.

Столбовыми дворянами называли себя потомки древних знатных родов, владевших вотчинами, и в XVI-XVII веках записанные в родословные книги – столбцы, то есть списки в виде склеенных свитков. Столбовые дворяне, даже обедневшие, ощущали свое моральное преимущество перед оттеснявшими их поздними, служилыми дворянами.

 По числу купцов в 1811 году Верея занимала первое место в губернии, опережая Коломну и Серпухов, причем, лишь в Верее имелись купцы 1-й и 2-й гильдий. Так, на 1812 год в Верее было объявлено 286 купеческих капиталов, в том числе по 1-й гильдии - от 5, по 2-й - от 12 и по 3-й – от 269 семей. Купцов стали разделять на гильдии с 1785 года. Купцы третьей, то есть низшей, гильдии должны были обладать капиталом от 1000 до 5000 рублей, они имели право заниматься только розничной торговлей.  Ко второй гильдии принадлежали купцы с капиталом от  5000 до 10000 рублей. Они получали право оптовой и розничной торговли в России. Первой – от 10000 и более. Они получали право оптовой торговли в России и за границей, а также право заводить фабрики и заводы. Купцы первых двух гильдий освобождались от рекрутчины и телесных наказаний. Кроме купцов разных гильдий, вводилось понятие «именитый гражданин». По статусу он был выше купца первой гильдии, ибо должен был обладать капиталом не менее чем на 100 тысяч рублей. «Именитые граждане» получали право иметь загородные дачи, сады, заводы и фабрики. В 1863 году третья гильдия была отменена, остались только первая и вторая.

В 40-50-х годах XIX века Верея по размерам купеческих капиталов среди городов Московской губернии занимала уже восьмое место. В начале 40-х годов здесь оставалось несколько купеческих семей, специализировавшихся на крупной посреднической торговле. Так, купец Петр Томилин занимался преимущественно торговлей хлебом, доходы от которой достигали 100 тыс. руб. в год. Несколько семей Вереи специализировались на покупке тонкой шерсти в Харькове и Ромнах, затем продавали ее в Москве с ежегодным доходом от 45 до 50 тыс. руб. Те же семьи, скупая производимые в Верее сети, неводы, бредни, везли их в  Харьков и Ромны. Но большая часть верейских купцов ограничивалась торговлей конопляным маслом, льняным семенем и красным товаром внутри Московской губернии. К 40-50 годам XIX века все большее значение для окрестных жителей приобретал постоянный городской рынок.

 Увеличение числа постоянно действующих городских торговых лавок в Верее с 51 в 1847 году до 124 в 1856 году отражает роль города во внутриуездной торговле. В 1853 году в городе была 51 лавка, в том числе  13 хлебных, 7 мясных, 7 овощных, 12 с красным товаром, 3 трактира и ресторации, 2 винных погреба, 9 питейных домов, 11 постоялых дворов.

 Крупные торговые сделки совершались в питейных домах и постоялых дворах. Трактиры представляли собой относительно дешевые рестораны, часто объединенные с гостиницей. Посетителей и постояльцев трактира обслуживали трактирные служащие, или половые, что одно и то же. Одеты они были в русский костюм – белые штаны и рубахи, острижены «в кружок».  Половых или официантов подзывали окриком: «Эй, человек!», называли только на «ты», иногда именовали унизительным прозвищем «шестерка»- младшая карта во многих играх. В трактирах заказывали «пару чая» - не два стакана, а два фарфоровых чайника, один с заваркой, другой с кипятком.

Самые убогие трактиры назывались харчевнями. Трактиры низкого пошиба иногда именуются кабаками, но это не официальное, а вульгарное, просторечное название (как в наше время «забегаловка»). Еще в 1765 году правительственным указом было повелено именовать кабаки питейными домами. В трактирах преимущественно ели, а в питейных домах- главным образом пили. В Верее их было в 1853 году 9.

В винных погребах, располагавшихся обычно в полуподвальных помещениях, вина преимущественно распивались на месте. Трактиры на больших дорогах с помещениями для ночлега и сараями для лошадей и экипажами назывались постоялыми дворами.

До введения в 1863 году акциза, то есть высокого налога на спиртные напитки, правительство разрешало продажу вина частным лицам по откупам, с внесением казне определенной суммы денег. Винные откупщики, спаивая и разоряя население, наживали миллионные состояния. Именно поэтому и в Верее в 1853 году насчитывалось в общей сумме 26 питейных заведений.  В Верее наряду с трактирами были и ресторации (от французского слова, означающего подкрепляться, восстанавливать силы), устроенные на европейский лад. Подавали там преимущественно западноевропейские блюда, а вместо половых обслуживали официанты во фраках и манишках. В провинции трактиры и рестораны входили в общественный быт не без труда. Патриархальные традиции осуждали их посетителей: «Ежели случится молодому человеку холостому зайтись в трахтир и после вздумает жениться, то, как скоро узнают, что он был в трактире, то не отдадут ни за что никакой девки, только говорят: «Ох, матушка, он трахтирщик, у трактире был!»- так отзывались о клиентах этих заведений в мещанской среде пушкинской поры. Во второй половине XIX века ситуация изменилась. Если трактиры и харчевни посещали в основном мужчины, то в ресторации ходили с дамами и даже целыми семьями. Правительство в 1894 году одновременно с введением винной монополии образовало губернские и уездные комитеты «попечительства о народной трезвости». В их обязанность входил надзор как за «правильностью производства питейной торговли, так и, в особенности, распространением среди населения здравых понятий о вреде злоупотребления крепкими напитками, заботой об излечении страдающих запоем, устройством народных чтений» и т.д. Попечительства должны были пресекать тайную торговлю водкой, заботиться о «нравственности» продавцов и трактирщиков, не допускать распития водки на улицах, ее продажи в долг или под залог. На эти цели они расходовали казенные субсидии (до 50 тыс. руб. в год), а также сборы от штрафов за нарушения правил торговли, частные пожертвования и собственные членские взносы.

В Верее антиалкогольной пропагандой занималась библиотека-читальня, которую учредил уездный комитет попечительства о народной трезвости под руководством предводителя дворянства. В комитет входило более 20 человек, в числе которых были местный благочинный, воинский начальник, уездный врач, два земских депутата, инспектор Верейского городского училища, почетные мировые судьи, податный инспектор. Просьбы крестьян открыть в их селе пивную или винную лавки выполнялись только в том случае, если за крестьянскими обществами не числились недоимки.

Судя по данным за 1908 год, крестьяне Верейского уезда либо были трезвенниками, либо имели значительные недоимки, так как во всем уезде не было ни одного питейного заведения. А в соседнем Звенигородском уезде при двух библиотеках попечительства о народной трезвости насчитывалось 14 пивных и 17 винных лавок, а также 2 трактира. Тайная продажа вина подпольными шинкарями, наносящая урон государственной казне, по приказу губернатора преследовалась.

Ежегодно вВерее проходили ярмарки, на которые съезжаются купцы из разных губерний.

Первая ярмарка, Владимирская, проходила с 22 июня по 27 июня. Товар привозили разнообразный: изделия из шерсти, шелка, полушелка, пеньки, льна, посуду из фаянса, фарфора и стекла, хлеб, соленую рыбу, сахар, а также лошадей разных русских пород. Всего товаров привозли примерно на 5500 рублей серебром в 1841 году. В 1552году на сумму 6600 рублей серебром.

Вторая ярмарка, Георгиевская, проходила с 26 ноября по 1 декабря. Товары привозили такие же, как и на Владимирскую, на сумму примерно 10 тысяч рублей серебром в 1841году и 6000 рублей серебром в 1852 году.

Судя по переписи 1834 года, в Верейском уезде проживало 16 купцов II гильдии, 316 купцов III гильдии с уменьшенной податью. Почти все они занимались торговлей. В «Список фабрикантов и заводчиков Российской империи 1832 г.» вошли только два человека из г. Вереи: купцы II и III гильдии Гавриил Занегин и Иван Михайлович Убогов, занимавшиеся выделкой воловьей и коровьей кожи.

В 1836 году купец Занегин вкладывает свои деньги в устройство бумагопрядильной фабрики на 6350 веретен в с. Красном Боровского уезда. Уже в 1840 году здесь трудилось 450 человек, а продукции производилось на 82 тыс. рублей серебром. Дело верейского купца продолжили его дети Владимир и Константин. В 1857 году почти весь объем продукции бумагопрядильного производства Калужской губернии составляла продукция двух их фабрик. Основной и уточной пряжи №10 до №40 выпускалось здесь более 38 тыс. пудов на сумму более 720 тыс. руб. серебром.

Верейские купцы оставили заметный след в истории города. Назовем несколько купеческих фамилий, которые заложили основу промышленного производства в Верее.

Купец 2-й гильдии Захаров Семен Иванович. В окрестностях города существовало только одно относительно крупное предприятие Захарова при местечке Быстрая мельница. Оно изготовляло сукно для армии и флота.

На предприятии имелось 50 станков и 46 машин, один шестисильный паровой и один водяной приводы. Работало на нем 247 человек рабочих. Есть основания полагать, что заведение купца Захарова просуществовало недолго, так как не оставило о себе следов ни в литературе, ни в памяти старожилов. Только Яковлев в 1862году упоминает о том, что «на берегу Протвы под городом находится пустое фабричное строение и охотников арендовать его не находится».

Купец 1-й гильдии Томилин Петр Борисович владел заводом сальных свеч (7 котлов, 9 человек рабочих, 12250 руб. серебром годового производства). Еще во времена Петра I верейские купцы вели торговлю говяжьим салом и свечами не только своего производства, но и занимались перепродажей этого товара. По сообщению современника, русские старались не выпускать эти товары из Москвы, так как «сами час от часу более начинают употреблять сальные свечи». Много свечей употреблялось в Верее и округе в церквях. Увеличилось и потребление свечей для освещения. Свечи изготовлялись маканные и литые. В первом случае фитили, повешенные рядами на несколько палок, многократно опускались в чан с растопленным салом и вынимались из него, пока не получалась желаемая толщина свечей. Во втором случае, который затем стал применяться на заводах, сало отливалось в металлические формы (из меди, жести и пр.) точно определенных диаметра и длины.

Сало для изготовления свечей применялось говяжье и баранье. Последнее увеличивало твердость и продолжительность горения свечей. Сальные свечи продавались штуками, десятками, полусотнями, сотнями (но не на вес). Продавались они не только в Верее, но и отправлялись в Москву, где ими торговали в свечных рядах.

Купец 3-й гильдии Беляев Михаил Егорович владел солодовенным заводом (2 машины, 4 человека рабочих,44435 руб. серебром годового производства).

Купец 3 гильдии Митюшин Иван Васильевич имел кирпичный завод (4 человека рабочих и 250 рублей серебром годового производства) и 3 кожевенных завода (13 рабочих, годовой доход 7562 руб.). Продукция верейских кожевенных заводов пользовалась хорошей репутацией, о чем свидетельствует похвальное слово в её адрес в газете «Московские ведомости». «Кожи для выделки покупаются бычьи в Москве на Мытном дворе сырыми, а прочие на местных торгах и в окрестных городах. Сбыт производится в Москве, соседственных городах и внутри города местными сапожниками мастерами, которых в Верее 121 человек».

Продукцию верейских сапожников можно увидеть в нашем музее - так называемые выходные «базарные» ботинки. С высокой шнуровкой, сшитые на колодке, с каблучками подбитыми  деревянными гвоздиками. 

Фабрика верейского купца Алексеева Ивана Алексеевича при дер. Невинской по сведениям о фабриках и заводах Московской губернии выпускала 17,5 тыс. ковров в год на сумму 150 тыс. рублей.

Три предприятия купца Петра Васильевича Стрепихеева в г. Верее производили 8 тыс. ведер вина, 4800 ведер пива и меда, 600 пудов сальных свечей в год, всего на сумму 48 тыс. рублей.

Купчиха Беляева Пелагея Ивановна владела кожевенным производством (выделка 1200 шкур из телят на 7 тыс. руб. в год).

В центре торговой площади на средства купцов были построены торговые ряды. Они представляли собой комплекс одноэтажных кирпичных зданий, в плане образующих каре с четырьмя въездами. Внутри рядов был двор, где в будние дни был базар. Такие сооружения с использованием мотива аркады характерны для облика провинциальных русских городов XVIII-XIX веков. В начале XX века в рядах были лавки купцов: Абросимовых, Богдановых, Глушковых, Гречишкиных, Долговых, Зиминых, Ивановых-Поморцевых, Митюгиных, Нечаевых, Погожевых, Раковых, Стрепихеевых, Сидельниковых, Тимофеевых, Чеблоковых, Хомутинниковых, Щелковых и др. Потомки многих купеческих родов и сейчас живут в Верее.

 Дом, где находится музей, был частным жилым домом купца Алексея Ивановича Митюшина. В соседних домах жили братья купца – Василий Иванович и Петр Иванович Митюшины. Братья содержали постоялые дворы и имели лавки в рядах. После революции в этом доме размещалась милиция, а в соседних домах – банк, райком партии и райком комсомола. На углу с Кировской улицей фасадом на площадь, там, где сейчас двухэтажное общежитие, стоял просторный двухэтажный каменный дом купца 1-й гильдии Алексея Семеновича Глушкова.

Если вы поднимались на второй этаж церкви Рождества Христова, то видели на плитке пола надпись: «1908г. СТА А.С.Глушков». Алексей Семенович вкладывал свои деньги в ремонт церкви и был старостой. Его сын Иван Алексеевич с женой Еленой Андреевной в 30-х годах работали учителями в верейской школе. Их дочь, внучка купца, Александра Ивановна, тоже стала учительницей и работала в одной из московских школ. В Верее было много жителей с фамилией Глушковы. Братья Глушковы построили фабрику «красочного делания глазури, изразцов и обливной посуды».

Один из купцов Глушковых имел в Москве у Дорогомиловской заставы, магазин по продаже грибов. Купец скупал грибы в уезде, и у него в магазине всегда были грибы соленые, маринованные и сушеные.

С легкой руки интеллигенции XVIII-XIX веков, воспитанной преимущественно на западноевропейских ценностях, русские предприниматели (особенно купцы), подобно крестьянам подавались как существа отсталые, темные и невежественные. И если по отношению к крестьянам у интеллигенции было определенное снисхождение как к «эксплуатируемому» класса, то к предпринимателям только недоброжелательство и зло. По сути дела, такое отношение к отечественным предпринимателям (особенно купцам) было связано с тем, что они, как и крестьянство, были оплотом сохранения национального духа России. А за годы советской власти слово «купец» стало нарицательным и почти ругательным. Созданию такого образа способствовало и описание жизни купцов. Вот одна из таких типичных зарисовок: «Вставал купец рано и являлся  в лавку зимой вместе с первым проблеском света, летом он приходил в шесть часов утра. Отпирая лавку, пили сбитень, съедали несколько калачей и принимались за торговлю. Купцы из лавок ходили обедать домой, и после обеда ложились отдыхать. Это был повсеместный обычай; спали купцы, затворив свои лавки; в то время спали после обеда все, начиная от вельмож до уличной черни, которая отдыхала прямо на улицах.

Не отдыхать после обеда считалось как отступление от прадедовских обычаев. Когда смеркалось, купец запирал лавку замком, потом прикреплял восковую печать и, помолившись, шел домой». Это описание годится больше для  мелкого лавочника. Верейские купцы были созидателями и двигателями всей жизни города: строили и содержали церкви, содержали богадельни, частные школы, входили в различные общественные советы. Так, при д. Хомяки Верейского уезда работала частная школа купца Боброва, в уездный училищный совет  входили купцы Иван Егорович Хомутинников и Петр Иванович Нечаев, в члены городской управы купец Филипп Егорович Хомутинников, в уездное отделение попечительного отделения о тюрьмах общества – купец Сергей Егорович Чеблоков, городским старостой был избран купец Петр Иванович Нечаев, его заместителем купеческий брат Василий Михайлович Сидельников. Купцы активно содействовали земству. Достаточно сказать, что в сумме доходов Вереи 1913 года, составляющей 35210 рублей, добровольные поступления от купцов составляли более 14 тыс. рублей. наибольшую щедрость проявляли предприниматели Н.И. и Е.В.Глушковы, М.И.Крашанинников, М.П.Хондрикова, В.И. и В.С.Богдановы, П.А.Шохин, М.Г. Кожевникова, О.И.Залыгина. Часть пожертвований напрямую адресовалась в бюджет города, многие же носили целевое назначение. В качестве конкретных адресов назывались: «на содержание призреваемых в богадельни», «на выдачу пособий четырем беднейшим девушкам по их выходе в замужество – по 150 рублей каждой», «на выдачу пособий перед праздниками Рождества Христова и Святой Пасхи», «на уплату на учение 12 учеников городского училища», «на выдачу стипендий и разовых пособий учащимся».

Особой заботой купцов была поддержка церкви. Именно Верейские купцы были главными храмостроителями в городе в конце XVIII- начале XIX столетия, когда экономическое положение города до начала войны с Наполеоном было достаточно стабильным. Мечтой жизни большей части верейских купцов была возможность построить храм. Так в сознании русского человека отражалась идея искупления за богатство, которое всегда связано с грехом. Построить храм или богадельню - это самый простой путь покаяния и общественного служения. Почти все церкви в городе возведены на добровольные пожертвования купцов и промышленников.

Так, в 1816 году старообрядцы построили новый каменный молитвенный дом, уцелевший до настоящего времени (церковь Покрова Пресвятой Богородицы). Особые заботы в дело постройки нового молитвенного дома проявили купцы Борис Петрович Томилин, Даниил, Михаил, Сергей и Андрей Ивановичи Глушковы, Иван и Георгий Ивановичи Шевелевы, Георгий Иванович Мартьянов. В 1875 году купцом Томилиным Иваном Петровичем был произведен ремонт храма. В 1884 году купцом Иваном Григорьевичем Хомутинниковым был построен дом для священника. На постройку дома Иван Григорьевич израсходовал из личных средств 6000 рублей (огромные по тем временам деньги). Постройкой дома заведовал его брат Филипп Георгиевич Хомутинников. Из личных средств И.Г.Хомутинникова священник Варфоломей получал на содержание 300 рублей в год, а после отца Варфоломея священники получали с положенного Иваном Георгиевичем капитала доход около 240 рублей в год. В 1798 году благодаря  верейским купцам 1-й гильдии Герасиму, Андрею Прокопьевым-Занегиным и их родным племянникам  Илье и Алексею Алексеевым-Занегиным была построена Царе-Константиновская церковь.

В ризнице этой церкви хранился наперсный крест серебряный, вызолоченный, на такой же цепочке, украшенный многими драгоценными камнями – изумрудами и алмазами, дар Занегиных. Вообще, можно сказать, что Царе-Константиновская церковь в Верее имела исключительно богатое убранство и древние иконы, пожертвованные поколениями местного купечества. Почти все иконы, как местных ярусов иконостаса, так и помещенные в отдельные, киоты имели серебряные вызолоченные украшения.

 Богоявленская церковь построена в 1777 году верейским купцом Михаилом Егоровым Сидельниковым. Троицкая построена в 1789 году верейским купцом Нечаевым. Кладбищенская Вознесенская церковь построена в 1836 году верейскими купцами Занегиным и Митюшиным.

Прочитано 953 раз

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Верстка сайта